от А до П

от П до Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Демьянова Валентина
Копайте глубже
Валентина Демьянова
Копайте глубже
Глава 1
Меня разбудил звонок в дверь. Чертыхаясь, я попыталась в темноте нащупать кнопку ночника. Получилось только с третьей попытки. А звонок продолжал трещать не замолкая ни на минуту.
"Господи, кого там несет!" - бормотала я, торопливо шлепая к двери и в душе точно зная, кто способен трезвонить мне в дверь в четыре утра. Я не ошиблась: за дверью стояла моя бывшая однокласница и соседка по площадке Светка.
"Ты что, с ума сошла?" пробубнила я, распахивая дверь, - "Знаешь который час?"
Мои слова не произвели никакого впечатления, что было неудивительно и очень привычно. С младых ногтей Светка обладала несгибаемым характером, настырностью и умением добиваться своего. Соседка проскользнула в квартиру и прислонилась к стене.
"Дверь запри" - выдохнула она.
Захлопнув дверь, я повернулась к Светке. Выглядела она, как впрочем и всегда, сногсшибательно. Точнее, сногсшибательно выглядело все, кроме лица. Лица - то как раз и не было, вместо него была бледная смазанная маска. Выделялись только огромные, густо накрашенные глаза. Глаза были одним из главных Светкиных украшений, обычно, они, тщательно подведенные, сияли плутовским блеском и нахальством под капризно изогнутыми бровями, придавая хозяйке дополнительный шарм и очарование. Теперь же глаза были пустыми и тусклыми, как сухая галька. Отлепившись от стены, Светка пробормотала:
"Не ори, я на минутку. Сейчас уйду."
Она помялась немного, вздохнула и выдавила из себя.:
"Слушай, Ир, пускай у тебя мой дипломат полежит?".
"Зачем?" - тупо осведомилась я.
Спросонья я соображала плохо и потому была немногословна.
"У тебя вон своя квартира напротив и дверь не чета моей, с пятью импортными замками."
Светка ещё раз тягуче вздохнула, помаялась и пробормотала: "Боюсь, сопрут. Ты же знаешь, что за народ у меня ошивается. ". Соседкину публику я знала понаслышке, но и этого хватило, чтобы навсегда отбить охоту знакомиться с ней.
В десятом классе Светка начала встречаться с Тимуром. Парень был значительно старше её, всегда при деньгах, разъезжал на потрепанной иномарке и занимался каким-то "бизнесом". Светкина мать, тетя Поля, закатывая дочери скандалы по поводу её ухажера, иначе как "бандюком" его не называла. Мамины вопли по этому поводу, как, впрочем, и по любому другому, на дочь впечатления не производили. Она продолжала хороводиться с парнем, а после школы и вовсе переехала к нему жить. В институт, как мы все, поступать не стала, занялась "бизнесом" вместе с Тимуром и надолго исчезла из моей жизни.
Тетя Поля, и раньше не числившаяся в праведницах, оставшись одна в огромной квартире, пустилась во все тяжкие. Затяжные гулянки, прерываемые громкими драками, сильно оживляли жизнь нашего подъезда. Светка появлялась в родном доме редко. Прекрасно одетая, холеная, она брезгливо оглядывала разоренную квартиру, совала матери деньги и пыталась побыстрее скрыться. Такое явное пренебрежение к родительскому крову не могло не вызвать у измотанной ежедневными пьянками женщины праведного гнева и Светкино посещение родных стен обычно заканчивалось громогласным скандалом с хлопаньем дверей и обещанием больше не приходить.
Я уже закончила факультет романо-германской филологии и начала работать референтом в технической библиотеке, когда произошло водворение блудной дочери домой. Путем долгих и тягостных переговоров был достигнут консенсус и тетя Поля, прихватив всю мебель и значительную сумму денег, перебралась в маленькую одномнатную квартирку на Городищенской улице. Мебель Светке была не нужна, а деньги компенсировали тете Поле моральный ущерб от ухудшения жилищных условий, так что все устроилось к взаимному удовольствию.
После этого эпохального переезда, наша школьная дружба не возобновилась, слишком далеко развела нас жизнь за эти годы, но живя на одной площадке, мы не могли не сталкиваться. И так уж повелось, что время от времени Светка забегала ко мне то хлеба занять, то чаю попить. Во время наших посиделок она без устали болтала о тряпках, модной косметике, поездках за границу и, главное. о том, какие все мужики сволочи.. О серьезных делах она предпочитала не говорить, а меня, пару раз столкнувшуюся у лифта с крепкими ребятами в кожанках и отсутствием интеллекта на лице, её сдержанность только радовала.
С Тимуром Светка рассталась давно и теперь ухажеры мелькали с завидной резвостью. Пети, Сереги, Ленчики сменяли один другого, не задерживаясь надолго в бурной Светкиной жизни. Правда, последние полгода круговорот поклонников затих и все чаще стало звучать имя Михаила Петровича. Уже сам факт того, что она кого-то называет по отчеству, не вкладывая в свои слова ни принебрежения, ни насмешки, наводил на определенные мысли. Даже Лариска, моя задушевная подруга со школьных времен, питавшая стойкую не-приязнь к Светке, смягчилась и заявила, что, кажется, Михаил Петрович мужик стоящий и из моей соседки ещё может выйти что-то путное. Почему она сделала такой вывод для меня осталось загадкой, но за соседку я была рада.
И вот теперь Светка сидела у меня на кухне в четыре утра и пыталась всучить мне на хранение какой-то дипломат. Мысли о Светкиной непростой жизни и догадки о возможных неприятностях от подобной просьбы слились в моей голове в страстное желание держаться от всего этого подальше. Что я безуспешно и попыталась сделать:
"А что ты его матери не забросишь?".
Светка выпучила глаза и покрутила пальцем у виска:
"Ты, что, мать не знаешь? Ей ржавого гвоздя нельзя доверить. Пропьет."
В общем, я и сама это прекрасно понимала и упомянула тетю Полю только от безысходности.
Светка потомилась ещё немного и обреченно сказала:
"Да и найдут его там, если что."
"Если-что?" - в свою очередь выпучила глаза я и торопливо проговорила: "Послушай, Свет, я никогда не интересовалась твоими делами..."
"И правильно делала." - мрачно прокомментировала Светка.
"Да, правильно." - согласилась я. "И сейчас у меня нет никакого желания нарушать эту мудрую традицию. У тебя масса знакомых и подруг, которые охотно окажут тебе любую услугу. Почему ты не хочешь оставить этот кейс у кого-то из них?"
"Потому!" - разозлилась соседка.
За то время, что мы провели на кухне, она успела успокоиться и к ней вернулась её всегдашняя настырливость.
"Потому! Все мои знакомые хорошо известны, а про тебя никто, кроме матери, не знает. А она все мозги давно пропила, не только тебя-меня не вспомнит." - рявкнула любящая дочь.
"И что?" - промямлила я, имея в виду не мозги тети Поли, а мою крайнюю непопулярность в Светкином окружении, и уже понимая всю бесплодность своих попыток отбрыкаться от этого нежданного подарка..
"А то" - продолжала раздражаться Светка, разозленная моей непонятливостью-"мы с тобой нигде вместе на тусовках не светились, капусту вмести не молотили, никому и в голову не придет, что этот долбанный чемоданчик у тебя!"
"Какую капусту?" - изумилась я.
"Какую, какую?! Зеленую! Деньги вмести не делали! Бабки вместе не рубили! Зелень не стригли!" - разорялась однокласница. "Значит так, брось его куда-нибудь на антресоли и забудь." - отрезала она. "Через несколько дней зайду и заберу его. Да не бойся ты, никаких неприятностей у тебя не будет. Все!"
Выдав эту тираду, Светка поднялась и вылетела в коридор. Моя бывшая однокласница всегда отличалась вспыльчивостью, а теперь, раздраженная моей неуступчивостью, она так пылала гневом, что напрочь забыла все страхи. Через секунду я услышала, как открылась и захлопнулась дверь напротив. Посидев на кухне ещё около часа, поразглядывав столешницу и покрутив чашку в руках, я, наконец, стряхнула с себя оцепенение и отправилась в ванную.
Глава 2
Летом рассветает рано, поэтому, когда я вернулась в комнату, было уже совсем светло. Это был последний рабочий день недели и вечером я собиралась поехать к Лариске на дачу. Мы договорились провести все выходные вдвоем в тишине и покое, наслаждаясь чистым воздухом и обществом друг друга. А сегодняшний день я намеревалась посвятить работе. В понедельник нужно было сдавать большой перевод, над которым я трудилась почти месяц. Доделать оставалось страниц десять и Лариска уговаривала меня взять работу с собой.
"Тут и будешь переводить." - ныла она. "Ну, чего тебе париться в городе, когда можно спокойно и с приятностью поработать на даче." Страстное Ларискино желание побыстрее залучить меня к себе было вполне понятно.
Она работала младшим научным сотрудником и уже пару месяцев безвылазно сидела на даче, пытаясь закончить свою многострадальную диссертацию. Писала она её долго и тяжело и отнюдь не по причине глупости или некомпетентности. Наоборот, Лариска была человеком крайне одаренным, прекрасно разбиралась в своей проблематике, была автором ряда статей, посвященных ею же созданной теории. Кроме того, она была наделена большим количеством других талантов: могла легко и непринужденно поддерживать разговор на любую тему, прекрасно играть в преферанс, неутомимо носиться по городу в поисках очередной антикварной безделушки и, самое главное, она обладала неиссякаемым запасом природной лени. Именно из-за нее, этой лени, сроки сдачи Ларискиной диссертации постоянно отодвигались. Но вот грянул гром: терпение научного руководителя лопнуло, подружке было в приказном порядке рекомендовано подготовить работу к защите и даже назначена точная дата этой самой защиты. Такого подлого удара от судьбы бедная Лариска не ожидала. Окопавшись на даче, она днями корпела над диссертацией, костеря на чем свет стоит свои научные амбиции, втравившие её в эту авантюру. Чтобы как - то порадовать подругу и скрасить её изгнание, я пообещала провести с ней выходные.
Характером Лариска обладала живым и подвижным, была крайне общительна и добровольное затворничество подкосило её напрочь. Зная нрав своей подруги, я понимала, что ни о какой работе на даче и речи быть не может. Перевод надо было в темпе заканчивать дома и только потом собирать сумку и отправляться за город.
Признав эти мысли здравыми, я разложила на столе бумаги и углубилась в работу. Обычно, перевести десяток страниц для меня не проблема, но в тот день работа не спорилась. Временами я ловила себя на том, что сижу уставившись в экран монитора и мысли мои не имеют никакого отношения к лежащему на столе переводу. Справедливости ради следует сказать, что и к картинке на экране они тоже отношения не имели. Изображение нашей лестничной площадки мне за эти годы уже порядком надоело, было изучено досконально и воспринимала я его просто как заставку.
Эта сложная и дорогостоящая система наблюдения осталась мне в наследство от бывшего мужа. Муж был бизнесменом, владел автосолоном, был помешен на машинах и на личной безопасности. За годы семейной жизни он и меня, как я не сопротивлялась, вовлек в орбиту своих интересов: научил водить машину и установил на лестничной площадке систему видеослежения, передающую изображение на экран небольшого монитора. Если с первым я смирилась спокойно и, будучи совершенно равнодушной к машинам, права получила, то установка этой дурацкой аппаратуры вызвала бурю протестов. Я не понимала, зачем нужно было тратить уйму денег на покупку этой техники, а ещё больше я не понимала, зачем тратить другую уйму денег на то, что бы сделать её как можно более скрытой. Но муж был рабом своей идеи и воплощал её в жизнь с упорством, достойным лучшего применения. А может Лариска была права, мне просто не повезло и меня угораздило связать свою жизнь с обычным сумасшедшим. Как бы там ни было, оборудование было доставлено к нам утром, когда все соседи ушли на работу, вмуровано в специально выбитую нишу и тщательно замаскировано. Все было сделано так искусно (что не удивительно, если учесть цену, заплаченную за её установку), что заметить глазок камеры под лестничным пролетом было просто невозможно. Затем, начался следующий этап воплощения идеи личной безопасности в жизнь. Муж, с упорством маньяка, следил за тем, чтобы я не открывала входную дверь, предварительно не сбегав в комнату и не проконсультировавшись с монитором. Подобный педантизм мне совершенно не свойственнен, он меня очень утомлял, но я любила своего мужа, не хотела его огорчать и в конце концов система скрытого слежения за лестничной площадкой прочно прижилась в нашей семье. Хотя, может быть была права и Лариска, которая утверждала, что именно эта муштра явилась причиной того, что наше семейное счастье тихонько кренилось, кренилось да и рухнуло. В общем, мужа я не имела, зато владела оставленными им средствами технической охраны. Причин опасаться за свою безопасность у меня было не больше, чем у остальных наших граждан, но Лариска мудро рассудила, что ежели я столько натерпелась, привыкая к этому техническому чуду, то было бы глупо теперь тратить силы на отвыкание. В общем, систему я оставила и время от времени, когда не забывала её включать, она исправно работала. Однако, надо честно признать, даже в эти редкие моменты я, в силу своего характера, обращала на неё мало внимания. Дорогостоящая система существовала сама по себе, а я сама по себе и нас обеих это вполне устраивало.
В тот злосчастный день система была включена, я безучастно пялилась на монитор и думала о своем. Из задумчивости меня вывело ощущение, что на экране что-то изменилось. Сфокусировав зрение, я увидела, что перед Светкиной дверью стоит женщина и нажимает кнопку звонка. Изображение на мониторе не сопровождалось звуком, поэтому создавалось впечатление, что смотришь кадры немого кино. Все и было, как в кино: женщина позвонила в дверь, хозяйка открыла, женщина вытянула руку вперед, вдруг оказалось, что в ней зажат пистолет с каким-то очень длинным стволом, грудь хозяйки стала темной и она медленно осела на пол. Женщина повернулась и исчезла с экрана монитора.
"К лестнице пошла." - машинально отметила я. Следующая мысль, которая появилась в голове и буквально оглушила меня, была:
"Это же Светка! Светку убили!".
Позже я пыталась понять, почему сразу же решила, что Светка мертва, ведь она могла остаться жива, её могли только ранить. Но в те секунды, пока я, сметая мебель на своем пути, неслась к соседской двери, меня не покидала уверенность, что она мертва.
Она действительно была мертва. Сидела на пороге своей квартиры, прислонившись плечом к косяку и склонив голову вперед, на потемневшую от крови грудь. Даже мне, человеку далекому от проблем киллерства в нашей стране, было ясно, что с пулями в груди и в голове люди не живут. Я рухнула на колени рядом с телом.
"Господи, надо вызывать милицию!".
Хотя в тот момент я была жутко испугана, опыт, почерпнутый из прочитанных детективов, подсказал мне, что звонить со своего телефона было бы глупо. Немного поколебавшись, я осторожно переступила через Светкины ноги и бочком шагнула в её квартиру.
Ближайший к двери телефонный аппарат находился в кухне. После своего возвращения под родительский кров Светка учинила в квартире грандиозный ремонт: снесла несколько стен, расширила спальню и соединила кухню со столовой.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29
 Камю Альбер - Чума