от А до П

от П до Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Веселов Саша
За городом
Саша Веселов
За городом
Теснота на пятачке танцплощадки была жуткая. То и дело тебя толкали, пихали, вокруг вздымались чьи-то головы, руки: Алёне уже раз двести, не меньше, наступали на ноги, несколько десятков раз тыкали локтями под рёбра и в живот, а какой-то стоявший к ней спиной дебил так и норовил лечь на неё всем своим телом.
Но это были ещё цветочки. Куда больше угнетала Алёну духота. Представьте себе:
Дышать хочется, а нечем. Алёна изо всех сил оттягивала ворот блузки, но вокруг, похоже, не осталось ни грамма свежего воздуха. Дезик тоже не помогал, и она с отвращением чувствовала, как под мышками копится густая едкая влага. Да уж!
Алёна посмотрела на подругу. Лерка сочувственно улыбнулась и выразительно закатила глаза. Она также порядком взмокла, но её неунывающий носик-пуговка был, как обычно, задран вверх, а хвостик чёрных волос летал из стороны в сторону в такт музыке. Вот только на ногах после шампанского она стояла не очень уверенно.
Рядом с Леркой прыгало четверо ребят. Они не отставали от подружек с самого начала. Сперва просто поедали глазами, потом подсели за их столик, заказали икру, коньяк, шампанское, шоколад - всё самое дорогое и лучшее из небогатого ассортимента заведения. От коньяка они с Леркой наотрез отказались, а вот на шампанское подналегли. Лерка даже чрезчур. Она вообще слишком уж быстро сошлась с этой четвёркой. Алёна, напротив, поначалу отнеслась к навязчивым ухажёрам настороженно, но постепенно оттаяла и она. Ребята представились. Борис (это имя их новые знакомые произносили почему-то с ударением на первом слоге), Дима и Джон. Четвёртого имени Алёна не запомнила.
Борис был невысокого роста, плотного телосложения и носил густую шапку тёмных кучерявых волос. Волевые скулы и манера держаться выдавали его претензии на лидерство. Дима уступал ему в мощи, но зато выглядел утончённее, интеллектуальнее. У него были тонкие, нервные черты лица и немного циничная улыбка. Разговаривал он подперев рукой подбородок и слегка прикрыв ладонью рот.
Верзила Джон отличался лишь огромными кулачищами, в которых, надо полагать, заключалась немалая сила, ну а четвёртого парня, худощавого блондина, Алёна толком и не разглядела. Он был стеснителен и в разговор почти не вступал, предпочитая держаться в тени своих друзей. Одеты все были однотипно: гавайка, "пирамиды", мокасины. На Диме был ещё шейный платок: Когда музыка на мгновение смолкла, Алёна, воспользовавшись паузой, начала пробираться назад к столику. Лерка и четверо парней - следом. У столиков было прохладнее. Устало плюхнувшись на стул, Алёна одним залпом осушила бокал шампанского и в шутливом изнеможении откинулась на спинку, вытянув ноги вперёд.
Уф-ф-ф! Некоторое время все молчали. Тихая мелодия, сменившая неугомонный рок, создавала ощущение комфорта, убаюкивала. Благостный покой и нежный полумрак обволакивали Алёну, как ватой; отделяя от внешнего мира. Она почувствовала, что куда-то проваливается. Похоже, она тоже слегка перебрала. Выйти что ли на свежий воздух? Да и не хватит ли на сегодня? Кабак ей уже изрядно надоел.
- Может сменим обстановку, махнём за город на машине? Свежий воздух и всё такое, - угадав её настроение, вкрадчиво начал Дима.
- Тачка внизу, никаких проблем, - поддакнул Борис.
Алёна в нерешительности посмотрела на подругу. Лерка молча пожала плечами.
Движение получилось по-пьяному утрированным, и ребята заулыбались. А им удалось изрядно нас подпоить, отметила про себя Алёна. Не стоит, наверное, никуда ехать от греха подальше. Но в то же время они могут подбросить потом их с Леркой прямо до дома, а так - мыкайся себе с автобусами и метро до полного опупения: - Ну что? - поторопил её Борис.
- Поздно уже. Как-нибудь в другой раз: - неуверенно протянула Алёна. Уловив в её тоне колебание, Дима перебил:
- Всё будет o'key. Заодно развезём вас по домам, - и, не дожидаясь ответа, встал, подзывая официантку.
- Никаких проблем, - подмигнул девушкам Борис.
И пока Алёна в сотый раз спрашивала себя, не совершает ли она ошибки, Лерка с Джоном выскользнули из-за стола и уже двинулись к выходу. Теперь отказываться было уже глупо, и Алёна смирилась, решив: будь, что будет.
У самой двери Лерка вдруг что-то вспомнила и потянула её к туалетам.
- Мы сейчас, - извинилась за подругу Алёна.
Стоявший у выхода детина в кремовой рубашке, с трудом сходящейся на его мощном пузе (в прошлом, говорят, известный боксёр, мировая знаменитость), бросил на них ленивый взгляд и, убедившись, что всё в порядке, вновь принялся чесать языком с ментом.
В туалете Лерка сразу бросилась к ближайшей кабинке. Алёна остановилась у зеркала и стала тщательно изучать своё отражение. Длинные ухоженные русые волосы, большие карие глаза с пушистыми ресницами, предметом зависти многих подруг, умело подкрашенные алые губки, вздёрнутый носик, синие жилки на висках.
Черты всё те же, но лицо в целом выглядело как-то не так. Оно казалось далёким и чужим. И ещё до глупости безмятежным, явно не соответствующим тому лихорадочному, хмельному возбуждению, которое переполняло её. Алёна показала этому дурацкому отражению язык. Потом достала помаду и машинально подкрасила губы. Приподняв блузку, мазнула под мышками дезиком, поправила волосы и хорошенько надушила виски, мочки ушей, шею: Наконец раздался звук спускаемой воды, и в зеркале появилась округлая мордашка Лерки. Алёна протянула ей флакон с духами и расчёску.
- Держи: На улице моросил дождь. Противные холодные брызги били в лицо и закатывались за шиворот. Фыркая и отдуваясь, девушки кинулись к стоявшему у тротуара "Жигулёнку".
- Давайте, давайте. Мы уже вас заждались, - распахнул перед ними дверцу Борис.
Он с Димой сидел вразвалку на заднем сидении. Блондин был за рулём, Джон примостился рядом с ним спереди. Тут только Алёна сообразила, что им с Леркой придётся сидеть на руках. Ей это совершенно не улыбалось, но отступать было слишком поздно, и, чертыхнувшись, она покорно опустилась на колени к Диме. Лерку подхватил Борис, и машина тронулась с места.
Вскоре они уже мчались по ночному шоссе к Кольцевой автодороге. Мимо проносились тёмные силуэты деревьев, погружённых в спячку домов, изредка в свете фар мелькали сонные физиономии запоздалой шоферни. Ребята дурачились, шутили, Алёна с Леркой то и дело хихикали, и все вместе беспрерывно курили. Минут через десять от дыма стало невозможно дышать, пришлось открыть окно.
Дождь перестал. Стояла прекрасная летняя ночь, тёплая и звёздная. Алёна высунулась наружу. Встречные потоки воздуха били в лицо, трепали её длинные волосы, которые то гордо реяли на отлёте сзади, то - стоило лишь пошевелиться - обвивали ей голову, залепляя глаза, рот, лишая дыхания. Щурясь от сильного ветра, Алёна любовалась ночным пейзажем. Сковывавшая её сонливость постепенно исчезла, в мозгу прояснилось. Было радостно и чудесно.
За городом машина выехала на обочину и остановилась. Борис с мастерством фокусника выудил откуда-то бутылку коньяка и заговорщицки подмигнул девушкам.
- Бухнём, а?
Бухать Алёне не хотелось вовсе. Она попробовала было отказаться, но, поняв, что так просто от неё не отстанут, пошла на хитрость. Нехотя, будто уступая настойчивым просьбам, приложилась пару раз к горлышку, после чего демонстративно закашлялась, брызгая коньяком во все стороны. Приём испытанный и безотказный, над ней посмеялись, но пить больше не заставляли. А вот Лерка нажралась, как последняя дура. Присосалась к бутылке и давай глушить. Думала, наверное, что ей за это медаль дадут. Ну и вскоре эту идиотку вконец развезло. Она визжала, несла всякую ахинею и лезла ко всем целоваться. Ребята понимающе улыбались и не без удовольствия созерцали бесплатный спектакль. А через несколько минут Борис уже беззастенчиво лапал прибалдевшую Лерку. Забрался под юбку чуть ли не по локоть и ну шуровать. А та хоть бы хны. Лыбится пуще прежнего.
Поймав на себе взгляд Алёны, Борис ничуть не смутился. Подмигнул и, взяв её ладошку в свою, потянул туда же - к Лерке под юбку. Охваченная какой-то странной расслабленностью Алёна даже не сопротивлялась. Трусы на Лерке были уже скатаны, и рука Алёны легла прямо на её пылающую, мокрую от возбуждения пизду. Она пульсировала под её пальцами точно какой зверёк, такая нежная и живая. Короткие пушистые волосы приятно щекотали ладонь и - странное дело! волновали Алёну.
Она погладила манящую, беззащитную плоть, и та ответила ей мягким, упругим пожатием.
Вдруг на Алёну что-то нашло. Неожиданно для самой себя она изо всех сил ущипнула этого трепетного "зверька". Лерка так и взвилась от боли. Её крик вернул Алёну к действительности. Она поспешно выдернула руку из-под юбки подруги. Ладонь была вся мокрая. Алёна инстинктивно поднесла её к лицу, осмотрела, понюхала. Резкий мускусный запах ударил ей в ноздри. Ребята громко, нахально загоготали: Ещё какое-то время Лерка продолжала забавлять публику, потом однако сникла и замолчала. Её ясны очи глядели теперь подавленно и жалко, а на лице было выражение такой вселенской печали, словно вспомнила она вдруг о всех униженных и оскорблённых в мире. Вдруг Лерка резко, всем телом подалась вперёд, закряхтела и стала давиться. Алёна замерла в нерешительности, но Борис, мгновенно смекнув, в чём дело, рявкнул сидевшему за рулём блондину:
- Стой!
"Жигулёнок" завизжал тормозами и, проехав ещё немного по инерции, остановился.
Борис рывком распахнул дверцу и буквально вытолкнул Лерку наружу. Приложив одну руку ко рту, а другой держась за живот, она сделала несколько неуверенных шагов и шмякнулась на четвереньки. Её начало рвать: Рвало Лерку долго и жестоко. Её полудетское тельце тряслось, как в лихорадке, лицо неестественно напряглось и побагровело; горло и живот скрутило в таких диких спазмах, что казалось вот-вот Лерку просто вывернет наизнанку. Алёна почувствовала угрызения совести. Бедный заяц! Не надо было давать ей столько пить: Какое-то время все молча наблюдали за происходящим из машины, потом Борис нехотя вылез наружу, подошёл к Лерке и, склонившись над ней, участливо похлопал по спине.
- Ну как, легче?
Он помог ей подняться на ноги, отряхнул и, поддерживая двумя руками, повёл обратно к автомобилю. И тут Лерку понесло: - Пусти, сволочь, пусти: Никуда я с вами не поеду: Специально напоили, да?..
Она вырвалась из рук Бориса и стояла теперь, покачиваясь, прямо против него.
Куда только девалась её былая кротость и податливость. В мгновение ока она превратилась в вульгарную и агрессивную скандалистку. Подобное с ней спьяну случалось, и Алёна знала, что в такие минуты с Леркой лучше не спорить. Но Борис всё ещё пытался её образумить. Куда там! Лерка его даже не слушала.
- Не подходи, буду кричать, - вопила она на всю округу. - Домой?.. Сама доберусь, без вашей вонючей помощи: Положила я на вас: Борис попробовал было затащить Лерку в машину силой, но справиться с ней оказалось не так-то просто. Изловчившись, она угостила его хорошей оплеухой, потом ещё одной, ещё: Он тщетно пытался поймать её за руку.
- Лерка, успокойся, - высунувшись из окошка, попробовала увещевать подругу Алёна.
Ноль внимания.
Наконец Борис потерял терпение и влепил Лерке такую пощёчину, что та рухнула на асфальт. Не говоря больше ни слова, парень сел в машину и громко хлопнул за собой дверцей. В салоне повисла напряжённая тишина.
- Не надо было: - осторожно начал Дима, но Борис был явно не склонен выслушивать нравоучения.
- Если такой умный, ступай за ней сам, - отрезал он.
Все снова замолчали.
- Может попробовать мне? - предложила Алёна. Она не больно верила в успех своей миссии, но чем чёрт не шутит?
- Валяй, - вяло ответил Борис.
Алёна выбралась из "Жигулёнка", оправилась и не спеша двинулась к Лерке. Её каблучки звонко цокали по мостовой. Она чувствовала, что ребята смотрят ей вслед. Их взгляды ласкали её затянутые в чёрный нейлон ножки, поглаживали под одеждой холёное, стройное тело. В этом не было ничего необычного, Алёна давно привыкла к мужскому вниманию, оно нравилось ей, льстило её самолюбию и приятно щекотало нервы: Лерка стояла на обочине метрах в ста и, отчаянно жестикулируя, пыталась остановить проносившиеся мимо редкие машины. Тщетно, подумала Алёна, но тут, словно назло ей, какой-то уже проехавший было мимо "Москвич" притормозил и дал задний ход. Радостно взвизгнув, Лерка бросилась к нему и шустро юркнула внутрь.
Алёна кинулась за ней, но узкая юбка, так пикантно облегавшая округлый зад, теперь мешала ей, сковывая движения. Она бешено замахала рукой. Стойте, стойте же, но "Москвич" заурчал и, набирая скорость, устремился прочь. Вскоре его сигнальные огни растворились в темноте и исчезли из виду. Алёна повернулась и медленно пошла назад. Её трясло от злости. Чтоб она ещё раз связалась с этой дурой: Ребята тоже были не в лучшем расположении духа.
- Подружка что у тебя - того? - выразительно покрутил пальцем у виска Джон.
- Сами виноваты, не надо было спаивать, - огрызнулась Алёна.
Некоторое время все молча курили.
- Едем обратно, - подала наконец голос Алёна. - Что теперь: - Вот уж дудки, - неожиданно вспылил Борис. - Не нравится - дуй на хуй за своей подругой, а мы гробить вечер из-за двух дур не намеренны. - И, не дожидаясь ответа, хлопнул блондина по плечу:
- Поехали: Время шло, машина мчалась вперёд, и мало-помалу в душу Алёны начал закрадываться страх. Не нравилось ей всё это. Раньше хоть Лерка была рядом. Слабая подмога, конечно, но всё-таки. А теперь: Алёна беспокойно заёрзала у Димы на коленях.
Интересно, как далеко они от города? Она сделала робкую попытку разведать обстановку.
- Мы далеко сейчас от Москвы?
- Далеко, - сумрачно отрезал Борис. Последние минут десять он не отрываясь смотрел в одну точку и курил уже третью сигарету подряд.
Алёна демонстративно взглянула на часы.
- Нет, ребята, я серьёзно, - голос её звучал непривычно глухо и хрипло, словно и не её вовсе. - Уже поздно, меня ждут дома, а нам ещё Бог знает сколько переть обратно.
На этот раз ей вообще не ответили.
- Хорошо, давайте я сойду, доберусь на тачке, если на то пошло, - сделала последнюю попытку Алёна.
И снова ответом ей было только молчание: - Направо, - неожиданно буркнул Дима, и "Жигулёнок" свернул с шоссе на какой-то запущенный просёлок. И даже не на просёлок, нет, а так - на тропку какую-то.
Алёна не могла поверить, что всё это происходит с ней наяву. Дай Бог, чтобы это было дурным сном. А если нет? Кричать, визжать в надежде, что кто-нибудь услышит? Бесполезно.
Машина дико ухала, подпрыгивала на ухабах, но постепенно продвигалась вперёд.
Алёна боялась дышать. Она с тоской смотрела на проплывающие в свете фар деревья.
С каждым деревом она всё дальше и дальше удалялась от казавшегося теперь спасительным шоссе. Наконец "Жигулёнок" выехал на какую-то поляну и остановился.
Алёна отказывалась верить в происходящее.
- Картина Репина "Приплыли", - зловеще хохотнул Борис и, обращаясь к ней, добавил: - Вы, кажется, желали выйти?
1 2 3 4


 Стил Даниэла - Сезон страсти