от А до П

от П до Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


КОГДА НАСТУПАЕТ ПОЛНОЧЬ


Письмо пришло в понедельник с утренней почтой.
Джеймс Пенн появился на службе ровно в девять. Насвистывая, он вошел
в кабинет. Это был молодой энергичный руководитель тридцати пяти лет,
поджарый, загорелый, с коротко остриженными волосами.
Настроение у Пенна было, как всегда, отличное. К его приходу
секретарша раздвинула шторы. Если день выдавался по-настоящему погожий,
ему удавалось разглядеть даже фешенебельный пригород, где он и Бев
выстроили себе дом два года назад, сразу же после того, как его назначили
главой Отдела контрактов.
В приподнятом настроении он начал разбирать почту. Взял конверт,
лежащий сверху, и вытянул из него листок бумаги. Текст был коротким. Его
не печатали на машинке, не писали от руки. Неровные строчки были оттиснуты
штемпель-ной краской прописными буквами - явно литерами из набора
игрушечной типографии. Но ничего детского или игрушечного не было в его
содержании. Пенн еще раз осмотрел конверт. Проштемпелевано на городской
почте в полночь. Он вызвал секретаршу. Она вошла, держа блокнот наготове.
Пенн поднял конверт и помахал им.
- Нора, вы ведь вскрывали это письмо. Может быть, ненароком прочли?
- Конечно, нет, мистер Пенн. Что-нибудь не так?
- Ничего, все в порядке, - ответил Пенн, отпуская ее.
Оставшись один, еще раз перечитал письмо, как будто старался накрепко
запомнить текст:
"Я ЗНАЮ, КТО ТЫ ТАКОЙ. ТЕБЯ РАЗЫСКИВАЮТ, ЧТОБЫ УБИТЬ. ЕСЛИ ТЫ МНЕ НЕ
ЗАПЛАТИШЬ, Я СКАЖУ ИМ, ГДЕ ТЕБЯ НАЙТИ. НЕ ВЗДУМАЙ СОВАТЬСЯ В ПОЛИЦИЮ".
И это все. Ни обращения. Ни подписи.
Всего пять минут назад за столом сидел самоуверенный молодой
чиновник, гордящийся собой и своим умением вести дела. Но вот невесть
откуда появилась угроза, и он почувствовал, что благополучный мир,
созданный им, готов рухнуть.
Джеймс оглядел кабинет, потом посмотрел через окно на город. Там
ничего не изменилось, и он сам был тот же, но на столе перед ним лежало
письмо, и он знал, что в нем угроза.
"...КТО ТЫ ТАКОЙ. ТЕБЯ РАЗЫСКИВАЮТ, ЧТОБЫ УБИТЬ..." Как завороженный
глядя на эти строки, Пенн потянулся за телефонной трубкой.
- Ты одна, Бев? - голос Пенна звучал сдержанно.
- Одна. Если бы мне пришлось принимать гостей в такой ранний час, я
очень скоро попросила бы у тебя увольнения, - улыбнулась Бев.
Бев хотела его рассмешить. Безрезультатно.
- Джим, у тебя неприятности?
- Нет, все прекрасно. Хотя... есть кое-что забавное. Я тут получил
письмо... Слушай.
Он прочел. Бев от изумления полминуты молчала.
- Бог мой, что же это такое?
- Сам не понимаю.
- Но кто мог сочинить такую глупость?
- Не представляю. - Бев услышала невеселый смех мужа. - Возможно, это
один из признаков, что мы начинаем кое-что значить в этом мире. Раньше я
думал, что только кинозвезды и президенты получают идиотские письма. Может
быть, мне следует считать себя польщенным.
- А ты уверен, что никто из твоих коллег не мог так подшутить?
- Что у них на уме, сам черт не разберет. Но твердо знаю - никаких
мрачных тайн в моем прошлом нет!
- Ну, конечно, - пробормотала Бев и нахмурилась. Промелькнула мысль:
она познакомилась с Джимом всего пять лет назад, после его приезда с
Востока. "Ну и чушь лезет мне в голову!" - она решительно покачала
головой. - И само собой, я уверена, что у меня за спиной ты не закрутил
романа с какой-нибудь красоткой. И все же, что ты думаешь делать?
- Передам письмо в полицию. Это по их части. Я подумал - надо, чтобы
ты знала. Но прошу, пойми - переживать не из-за чего.
- Ты правильно поступаешь, Джим, - пробормотала Бев. - Только сразу
же звони мне.
Отыскав по справочнику номер телефона полицейского участка, Джим
какое-то время продолжал созерцать последнюю фразу письма: "...НЕ ВЗДУМАЙ
СОВАТЬСЯ В ПОЛИЦИЮ".
Он глубоко вздохнул и снял телефонную трубку. Гудка не последовало.
Нахмурясь, он ударил по рычагу. Мертвое молчание.
"Всего минуту назад работал", - подумал Пенн и наклонился над столом,
чтобы по селектору вызвать секретаршу. Но раздался осторожный стук в
дверь, и на пороге появилась Нора.
- Мистер Коновер просит вас немедленно подняться к нему.
- А он не сообщил, зачем я ему понадобился?
- Мистер Коновер просил, чтобы вы захватили с собой письмо. Он
сказал, что вы знаете, о каком письме идет речь.
- Ах, вот оно что, - мрачно отозвался Пенн. - Во всяком случае
догадываюсь.

- Передайте в отдел кадров - пусть откопают личное дело мистера Пенна
и принесут мне.
Мистер Коновер отпустил кнопку селектора и откинулся на спинку
кресла, похожего на трон, - привычная тонкая улыбка светилась на его
губах.
Коновер был вице-президентом фирмы "Вулкан", в его обязанности
входило обеспечивать бесперебойное функционирование сложнейших систем
авиационного завода. Только вопросы, имеющие политическую окраску,
отправлялись на верхний этаж, где решались самим Стариком.
И когда секретарша доложила, что пришел мистер Пенн, Коновер встретил
его у дверей теплым рукопожатием.
- Присаживайтесь, Джим. Письмо с вами?
- Со мной, - раздраженно ответил Пени. - Но я хотел бы узнать...
- Одну минуту, - прервал его Коновер. - Сначала я должен прочитать
письмо. - Он взял конверт из рук Пенна и, усевшись за стол, добавил: -
Полагаю, что предотвратил неправильный шаг, который вы чуть было не
сделали.
Пенн, не шевелясь, сидел на стуле лицом к Коноверу и молчал.
- Гм, - пробормотал тот, закончив с письмом. - Довольно необычно, не
правда ли? Но что же за этим кроется?
- Мистер Коновер, может быть, сначала вы согласитесь объяснить мне,
как вы о нем узнали?
- Говоря по правде, помог случай, я бы сказал - счастливый случай.
Думаю, для вас не секрет, что фирмой проводятся меры по обеспечению
секретности, и одна из таких мер - подключение подслушивающих устройств к
телефонам руководящего персонала. Сегодня как раз прослушивался ваш
аппарат.
- Но если вы не доверяете тем, кто работает у вас...
- У нас работают свыше тридцати тысяч людей обоего пола. Знать
каждого мы просто не в состоянии. Это неизбежная расплата за широкий
размах. Поэтому не думайте, что мы имеем что-нибудь лично против вас,
Джим. - Тонкая улыбка Коновера превратилась в широкую. - Ну а теперь ваша
очередь бить по мячу. Так что же кроется за всем этим?
- Не имею ни малейшего понятия, - ответил Пенн, не дрогнув под
пристальным взглядом Коновера. - Последние полчаса я только тем и
занимался, что ломал голову. Я не сделал ничего противозаконного и, уж
конечно, ничего такого, за что меня хотели бы убить.
- Вы так уверены?
- А как же еще? - нахмурился Пенн. - А вот вы ставите вопрос так,
будто допускаете, что письмо содержит хотя бы крупицу правды.
- Я ничего не допускаю. Я лишь пекусь об интересах фирмы.
- Мне не совсем ясно, что общего между письмом и фирмой. Письмо - мое
частное дело.
- Джим, вы один из руководителей "Вулкана". Если будете опорочены вы
- как бы обвинения ни были смехотворны, - будет опорочен и "Вулкан". Ну
посудите сами. Вы ведь в состоянии оценить деликатное положение, в котором
мы все находимся. Нам предстоит заключение контракта с военно-воздушными
силами, и это заключение висит на волоске. Кому же, как не вам, знать об
этом, вы ведь заведующий Отдела контрактов. Любой намек, тень скандала, и
все летит к черту, а если вдруг выяснится, что кто-то из руководящего
состава "Вулкана" замешан в истории, связанной с шантажом... - Коновер с
преувеличенным отчаянием покачал головой.
- Я не считаю, что в чем-либо замешан, - твердо заявил Пенн. - Раз я
обращаюсь в полицию, этого достаточно, чтобы понять - мне скрывать нечего.
- Вполне с вами согласен, - поддержал Коновер. - Но не мешает
вспомнить, что произошло полторы недели назад с нашими коллегами из
авиационного завода "Бриско", которые тоже были ни к чему не причастны.
Однако до сих пор их именами пестрят все газеты. Отправной пункт моих
действий: предотвратить огласку в печати. Теперь вы понимаете, почему я
вынужден был отключить вас, прежде чем вы дозвонились в полицию. - Он
изучающе посмотрел на Пенна. - Догадываюсь, что вы считаете мой поступок
несколько своевольным.
- Признаюсь, слегка удивился.
- Видите ли, у меня было такое чувство, что самое разумное - не
давать делу официального хода, особенно если оно выеденного яйца не стоит.
Однако я не собираюсь разыгрывать партию в одиночку. Предположим, что
сегодня днем соберутся руководители нашего предприятия и совместно
обмозгуют, что и как. Старику пока ничего сообщать не будем. Ваше мнение,
Джим?
- Согласен. - Он знал, что возражать бесполезно.
- Отлично. - Коновер встал, показывая, что обсуждение закончено. - А
пока никому ни слова. - И, почувствовав, что Джим хочет возразить,
добавил: - Хорошо вас понимаю. Но у людей, занимающих ответственные посты,
есть свои неудобства. Даже личная жизнь не принадлежит нам.
- Да, сэр.
- Ну а сейчас я думаю заняться вот этим. - Коновер похлопал по
конверту. - Если вы, конечно, не возражаете.
- Нет, сэр, - деревянным тоном подтвердил Джим. Коновер проводил его
до дверей и смотрел, как он удаляется по коридору.
"Красивый парень, - подумал Коновер, заприметив, каким взглядом
секретарша окинула широкоплечего Джима. - Мужественный, даже чересчур, и
вид какой-то бесшабашный, что так нравится женщинам. Хотел бы я знать,
откуда у него на левой скуле два небольших шрама".
Коновер протянул руку. Секретарша подала ему папку в твердом
переплете.
- Досье мистера Пенна, сэр.
- Хорошо, а теперь звоните в Отдел безопасности и передайте, чтобы
мистер Шоли немедленно зашел ко мне. И сразу же начинайте оповещать
заведующих отделами, что в три часа я жду их у себя в кабинете.
Секретарша вышла. Коновер снял трубку и, набрав номер самого крупного
в городе банка, попросил соединить его с президентом.
- Дейв? Говорит Эрни Коновер. По моим сведениям, у одного из наших
руководящих работников счет в вашем банке. Его имя Джеймс Пенн. Я хотел бы
знать размер вклада, и, что более важно, поставьте меня в известность,
если в ближайшее время им будут сняты значительные суммы. Само собой, все
останется между нами. Сделаете? Великолепно! - И Коновер удовлетворенно
положил трубку, раскрыл папку в твердом переплете и погрузился в чтение.

Шоли руководил заводской службой безопасности. Этот отдел был, по
существу, частной полицией "Вулкана". Неряшливо одетый, с нескладным
длинным телом, он сидел, ссутулившись, в кресле, напротив Коновера и читал
анонимное письмо, иронически ухмыляясь.
- О'кей! Чем могу быть полезен?
- Я прошу вас расследовать для меня это дело. Начнем с письма.
- Тут особенно не разбежишься: бумага самая обычная для машинописи,
конверт тоже обычный. Текст отпечатан литерами игрушечного набора - это
проще, чем вырезать слова из газет, да к тому же легче спрятать концы в
воду. Но так или иначе пусть конвертом займутся в лаборатории.
- Теперь другая сторона вопроса - Джеймс Пенн. В самом деле,
насколько хорошо мы знаем этого человека?
- Уж во всяком случае лучше, чем собственная жена, - хмыкнул Шоли. -
Наше досье, мистер Коновер, содержит исчерпывающую информацию. Сведения об
интересующем вас человеке я собирал сам.
- Жена знает Пенна всего пять лет. Нас же интересует вся его жизнь, с
самого начала.
- Пожалуйста. - Шоли раскрыл папку и начал читать вслух: - "Джеймс
Пенн. Родился в Чикаго, штат Иллинойс. Родители скончались. Посещал
начальную и среднюю школы в Чикаго. Окончил Иллинойский университет. Имеет
степень бакалавра административного управления. Три года служил в
военно-воздушных силах, уволен в запас в чине лейтенанта. Работал в
компании "Бендикс" специалистом по правительственным договорам, затем у
Макдонела - экспертом по производительности труда. Поселился в Калифорнии
пять лет назад..."
- Я и сам умею читать, - раздраженно перебил его Коновер. -
Необходимо еще раз перепроверить мельчайшие факты его биографии. По
возможности, скрытно. Поскольку заниматься этим придется вам, меня
интересует ваше мнение - стоит ли установить наблюдение за Пенном?
Негласное, конечно, так, общий надзор, пока не выясним нашу позицию.
Надеюсь, мы понимаем друг друга?
- Мне непонятно только одно, - Шоли поднялся, - поручается ли мне
очистить Пенна от подозрений или наоборот?
Коновер с достоинством ответил:
- Вы обязаны узнать правду.
- Это значительно затруднит расследование! - иронически заметил Шоли.
Коновер открыл совещание драматическим жестом, высоко подняв утреннюю
газету. Один из заголовков на первой странице, набранных крупным шрифтом,
гласил: "Расследование убийства профессионального игрока зашло в тупик".
- Вы все следили за этим делом, джентльмены, но я хочу освежить вашу
память. Мы имеем дело с трагедией ни в чем не повинного человека, случайно
замешанного в эту историю. В третьей колонке вы найдете название
авиазавода "Бриско". Почему? Просто потому, что один из директоров этого
завода, а именно Вейн Александер, принимал у себя дома некоего мистера
Гамила, и в пятницу на прошлой неделе его гость был убит. Итак, "Бриско"
оказался для газетчиков козлом отпущения, хотя, конечно, компания не ведет
никаких дел с отбросами общества.
- Александер тоже ничего не имеет общего с ними, - возразил Пенн. - Я
хорошо знаю его. Большинство здесь присутствующих принадлежит к тому же
загородному клубу, что и он. Убитый не был гангстером, просто
профессиональным игроком из Невады, где игра считается законным бизнесом.
И я случайно знаю, что Александер даже не подозревал, чем занимается его
гость. Они обсуждали проблемы, связанные с недвижимым имуществом.
- К сожалению, этот факт не выделяется в статьях каждый день, -
отрезал Коновер, отбрасывая газету в сторону.
1 2 3 4 5 6


 Киселев Владимир Леонтьевич - Времена и нравы