от А до П

от П до Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


– Рихтер! – выкрикнул, превозмогая боль, Дарий, когда почувствовал, что его лишили возможности пошевелиться. Ноги гнома словно приросли к полу.
– Ты нами обездвижен, – сказала женщина. – Поэтому для твоей же пользы не пытайся освободиться.
Некромант услышал крик друга и сразу прибежал.
– Что здесь происходит?!
Рихтер кинулся к Дарию, но воин и его лишил возможности двигаться.
– Надо же! – злобно рассмеялся он. – Дружба между тобой и черным магом. Как трогательно.
– Ты невыносим. – Женщина скривилась. – Тебе бы только злословить. – Она подошла к Дарию и положила руку ему на лоб. – Он уже готов, – сообщила она воину. – Уходим.
Дарий на мгновение ослеп, а потом увидел себя словно со стороны: маленькая фигурка, застывшая в причудливой позе рядом с такими же фигурками. Незнакомцы исчезли из комнаты практически одновременно, не забыв прихватить с собой гнома. Последнее, что Дарий услышал, был крик Рихтера, звавшего его по имени. А потом все пропало.
Боги с удовлетворением смотрели на дело своих рук. Беспомощный Избранник, застывший, словно каменное изваяние, радовал их взоры.
– Скоро все закончится, – сказал воин.
– Да, все получилось именно так, как мы рассчитывали, – кивнул старик в синем плаще. – Скоро Калем приведет вторую.
– Если Калем один пошел за ней, то где Трудос? – спросил юноша.
– Он отказался прийти, – ответил старик. – Сказал, что не желает в этом участвовать.
– Я так и думал. Он всегда был против нашего плана.
– Отступник! – сплюнул мужчина с татуировкой. – Сопливое ничтожество.
– Где я? – с трудом ворочая языком, спросил Дарий и немного повернул голову.
– Он сопротивляется! – встревоженно воскликнул юноша и на всякий случай отошел подальше.
– Да, он уже набрал много силы, – согласился старик и иссохшим узловатым пальцем почесал подбородок. – Большая удача, что мы успели все сделать до того, как он развился окончательно.
Дарий напрягся, пытаясь сбросить охватившее его оцепенение, но его усилий хватило только на то, чтобы слабо шевельнуться.
– Стой спокойно, – предупредил его старик. – Ты в обычном земном теле, а значит, не понаслышке знаешь, что такое боль. И хоть мы не любим к этому прибегать…
– Я вас не боюсь, – сказал Дарий, тщательно выговаривая каждое слово. – Но я не знаю, кто вы и что вам от меня нужно.
– Надо же. – Женщина покачала головой. – Почему, когда смертные встречают богов, о которых они столько говорят, они не узнают их?
– Зачем ты ему сказала?! – вскричал юноша. – Теперь он знает!
– Какая разница, – отмахнулась она, – все равно ему осталось существовать считаные мгновения.
– Вы все боги? – Дарий не удивился, словно он давным-давно знал ответ. – Нет, вы просто бывшие люди. Вы ничего не можете мне сделать. – Он почувствовал, как в нем закипает бешенство.
– Можем, – почти ласково сказал старик и добавил: – И сделаем. Для общего блага, пока ты в своей слепой ярости не разрушил все то, чем так гордится наш Создатель. Нами движет только инстинкт самосохранения – ничего личного.
– Я не буду ничего разрушать, – заявил Дарий, пытаясь осмотреться. Тело пылало, словно в огне, но он сумел сделать два шага в сторону и не упасть.
Что-то подсказывало ему, что они стоят в комнате, Расположенной на самом верху каменной башни. На узеньких окнах он различил решетки. Где же он – в тюрьме? Из комнаты не было видно ни одного выхода, ни одной двери. Это рождало новые вопросы, включая вопрос о том, как он здесь оказался.
– Нет, ты будешь разрушать, – со страхом сказал юноша. – Если бы ты мог, ты бы уже сейчас сделал это. Если тебя не остановить, ты выпьешь всю нашу силу, каплю за каплей, и мир разлетится на куски.
– Что вы хотите со мной сделать? – спросил Дарий, не спуская с богов глаз.
Теперь они выглядели менее самоуверенными, чем вначале. Богини и юноша начали откровенно нервничать. Невозмутимыми оставались только старик и воин. Последний не переставал нагло усмехаться, с презрением посматривая в сторону Дария.
– Ты мне завидуешь, – неожиданно сказал ему гном. – Завидуешь, потому что мне все принадлежит уже по праву рождения. Я – Первый. А тебе пришлось заслужить свой статус. Ты же бог войны, верно? Им было стать легче всего? Реки крови, бесконечные убийства… Ты стал богом войны, оттого что убил больше, чем другие люди?
– Заткнись, – процедил воин сквозь зубы. – То, что ты Первый, не играет никакой роли. Ты неудачная проба, черновик – в тебе нет ничего особенного. Пустышка, возомнившая о себе невесть что!
– Если так, то почему вы все всполошились? Оставьте меня в покое. – Дарий вдохнул полной грудью. Захват богов постепенно ослабевал.
– Где же Калем? – проворчал старик. – Сколько можно ждать?
– Я могу поискать его, – вызвался юноша.
– Не надо, – сказала высокая богиня с венком на голове. – Я уже чувствую его приближение.
– Надеюсь, он не один? – спросил старик.
Женщина только пожала плечами. Потянулись томительные минуты ожидания.
Мозг Дария напряженно работал, пытаясь найти выход из сложившейся ситуации. Но, даже покопавшись в воспоминаниях, принадлежащих прошлым жизням, он не смог найти ничего подходящего. Его еще никогда не похищали боги. Оставалось только копить силы и надеяться на лучшее. Что богам от него нужно? Наверняка это связано с его памятью. До того как он вспомнил себя, никто не проявлял к нему интереса. Или все началось еще раньше, а он просто не знал об этом? Верить ли их словам, что они хотят спасти мир от разрушения? Но как спасти? Неужели это возможно только в случае уничтожения его самого?
– Меня нельзя убить, – напомнил им Дарий. – Я вернусь в новом теле.
– Надо было изолировать его еще до того, как он пошел в храм, – посетовала богиня, принимавшая участие в похищении гнома. – Теперь он слишком уверен в себе.
– Не реагируйте на его слова, только и всего, – посоветовал старик. – Нам, богам, пристало сохранять хладнокровие.
Дарий заметил, как воздух в комнате стал постепенно наполняться зеленоватым свечением. С каждым мгновением оно становилось все более насыщенным. Боги отошли в сторонку, оставив центр комнаты свободным. На этом месте материализовался пожилой мужчина в сером рубище. Он держал за руку белокурую девочку лет пяти. Глаза девочки были закрыты повязкой.
– Калем, ты пришел вовремя. Он уже начал сопротивляться не только нам, но и силе башни.
Дарий напряженно всматривался в лицо девочки. Оно показалось ему знакомым.
– Ната? – неуверенно спросил он. – Ната?! – Дарий обернулся к богам. – Зачем вы привели сюда этого ребенка?! Отпустите ее, она же вам ничем не угрожает!
– Ты знаешь ее имя? – Брови Калема удивленно изогнулись, и он хмуро посмотрел на остальных. – Это вы ему сказали?
– Нет.
– Тогда почему… Неужели ты встречался с ней? – вкрадчиво спросил Калем.
Дарий почувствовал, что от его ответа на этот вопрос зависит очень многое, и ему расхотелось говорить.
– Пустое! Зачем спрашивать его, когда все можно выяснить здесь и сейчас. Снимайте с нее повязку, – сказал бог войны. – Или, если вы все такие нерешительные, давайте я это сделаю. – Он сорвал повязку с глаз девочки.
– Ната, открой глаза, – попросила одна из богинь.
– А зачем, я и так вас вижу! – Девочка рассмеялась и еще крепче зажмурилась. – Я вижу ваши тени.
– Что?! – Старик сжал кулаки и переглянулся с другими богами. Он был очень испуган.
– Не верьте ей, она все это выдумала. – Калем поставил девочку напротив Дария и злорадно посмотрел на гнома. – Прощай, Избранник. Вселенная будет нам благодарна.
Бог прикоснулся ко лбу девочки, Ната открыла глаза и посмотрела на Дария. Гном обомлел. Ее взгляд приковал его к полу вернее, чем боги. Тогда, в деревне, он так и не увидел ее глаз. Когда они приехали, девочка уже спала, а потом за ее жизнь боролся Рихтер… Он не видел ее глаз…
– Предсказательница, – прошептал Дарий, не в силах ни пошевелиться, ни вздохнуть, ни отвести взгляд.
Да он и не хотел его отводить. Эти глаза были копией его собственных, словно он смотрелся в зеркало или в воду. Круг замкнулся, дорога подошла к своему концу, и его время навсегда остановилось.
Этого нельзя постичь разумом, нельзя загнать в рамки привычной человеческой логики. Душе чужды рассуждения, она верит лишь тому, что говорит ей седьмое чувство – единственный советчик в делах такого рода. Для Дария больше ничто не имело значения, ничто не существовало. Он, наконец, нашел то, что искал два тысячелетия. Нашел то, что ищет каждый человек и никак не может найти. Стать целым, стать единым, стать совершенством – все это возможно, это не обман.
Его сердце замерло в ожидании, в сладком предчувствии перемен.
Ната и Дарий подошли другу к другу и взялись за руки.
И исчезли, оставив богов одних.
Старик приблизился к тому месту, где мгновение назад стоял Дарий, и молча покачал головой.
– У нас получилось, да? – спросил несмело Калем.
– Мне хочется так думать, – ответил старик. – Мы все сделали правильно. Они, наконец, взглянули друг на друга, и теперь их души соединились, чтобы вместе уйти в великое Ничто.
– Не только души, но и тела, – сказала богиня. – Он забрал тела. Разве так должно было случиться?
– Откуда мне знать! – раздраженно рявкнул старик. – Вы чувствуете его мощь? Я – нет. Наша сила снова возвращается к нам, что вам еще надо?
– Нам нужна уверенность, что он больше никогда не вернется, чтобы отомстить, – сказал Калем.
– Он нашел ее, и теперь Избранника больше ничто не волнует. Мстить больше некому.
Это было невероятно.
Они слились воедино, став одним существом, которому подвластно все, для которого нет никаких преград. Хоть редко, но души все-таки находят друг друга, и тогда они отправляются туда, где вечный покой и счастье – это норма, потому что они несут их в самих себе. Душе, ставшей целой, неведомы преграды, и она покидает маленький, тесный мир, уходя в неведомую страну, чтобы стать еще одной загадкой Вселенной.
Но так поступают души обычных людей, Избранник же не может себе этого позволить. На нем лежит слишком большая ответственность, о которой он не просил, но от которой нельзя отказаться. За всемогущество нужно платить.
Дарий вздохнул и открыл глаза. Он снова чувствовал свое тело, но теперь в его груди был не мятущийся осколок чувств, а настоящая, полноценная душа. Он стал богом, он стал больше чем богом… В его силах было сжать Вселенную, погубить весь мир или сотворить новый. А сколько он знал – немыслимо много, людской разум вскипел бы и взорвался от ничтожной частички этого знания. Но теперь Дарий не был ни гномом, ни человеком. Он потерял свою телесную оболочку, оставив ее видимость исключительно для собственного удобства. Он еще не привык к осознанию того, что может находиться во всем и сразу, даже в ничтожной песчинке или в капельке росы. Он был всем миром, всей Вселенной, ничто не возникало без его воли. Он был всем.
Дарий рассмеялся. Пленившие его боги крупно просчитались. Они только помогли ему.
Бывший Главный Хранитель перенесся в собственную гостиную. Ему хотелось в последний раз побывать здесь, кроме того, нужно было объясниться с Рихтером, а это место как нельзя лучше подходило для объяснений. Дарий ощутил грусть, подумав о друге. Теперь он знал, с чем связался некромант и что за судьба его ожидает.
Дарий сел в кресло, стоящее возле горящего камина, и окинул взглядом противоположное. Через мгновение в нем уже сидел Рихтер, ошеломленно оглядывающийся по сторонам.
– Что за… Дарий! – Рихтер бросился к другу. – Ты в порядке?! Ты жив! Что они с тобой сделали? Где мы? – засыпал его вопросами обычно немногословный некромант.
– Разве ты не узнаешь? Это же мой дом, в котором перед камином мы провели, смею надеяться, немало приятных вечеров. Неужели ты забыл свое любимое кресло?
– Верно, это оно, – согласился Рихтер и погладил рукой обивку. – Но как мы здесь оказались? После того как тебя похитили…
– Это я перенес нас сюда, – сказал Дарий.
– Ты?! – Некромант недоверчиво посмотрел на него, а потом его глаза расширились от ужаса. – Это невозможно! Что они с тобой сделали?.. Ты… от тебя идет такой яркий свет, он у тебя внутри.
– От некроманта правды не скроешь. – Дарий покачал головой. – Я все расскажу тебе по порядку, не волнуйся. Тебе не надо за меня бояться. Я никогда не чувствовал себя лучше. А сейчас, пожалуйста, послушай мой рассказ, и тебе все станет ясно.
– Откуда в тебе такая уверенность?
– Я теперь в курсе всего. – Дарий вздохнул. – И угораздило тебя связаться именно со мной. Ты говорил, что у тебя никогда не было настоящих друзей… И тут появился я – простой гном, Главный Хранитель библиотеки. Знал бы ты, Рихтер, к кому ты пришел устраиваться на работу, ты бы миллион раз подумал и не стал стучаться в дверь моего кабинета.
– Куда ты клонишь? – спросил некромант. – Ты попросил меня не волноваться, но твои слова ничуть не способствуют этому. Даже наоборот.
– Я без пяти минут Создатель, – сказал Дарий, глядя Рихтеру в глаза. – У меня есть его сила, знания, возможности. Я – это вся Вселенная, во всем ее многообразии. Я начало и конец. Для меня не существует почти ничего невозможного… Мне осталось только сменить Создателя на небесном престоле и самому занять его место.
Рихтер молча смотрел на друга. Он не хотел верить его словам, но что-то подсказывало некроманту, что все, сказанное Дарием, – правда.
– Нет-нет… Не надо. Я не желаю в это верить, – упрямо пробормотал черный маг и в надежде протянул руку, чтобы дотронуться до плеча Дария. Рука прошла насквозь. – Это бессмысленно, зачем миру два Создателя, зачем?
– Давай сменим обстановку. Мне вдруг захотелось простора.
Они мгновенно переместились на плато, расположенное над Долиной Призраков. Был вечер, солнце уже почти скрылось за горизонтом, окрашивая небо в багровые тона.
– Замечательное место, – сказал Дарий, оглядываясь вокруг. – Мне нравится это небо в закатных сумерках, поэтому я, пожалуй, остановлю время, пока мы разговариваем. Не хочу, чтобы настала ночь.
– Это ты перенес нас сюда?
– Да.
– А кресла зачем?
Дарий философски пожал плечами:
– Ну надо же нам на чем-то сидеть.
– Ясно.
В голове Рихтера возникали тысячи вопросов, но ни один из них он не решался задать.
– Я знаю, о чем ты думаешь, – сказал Дарий. – От тебя у меня нет никаких тайн. Так было и будет всегда. – Он посмотрел на долину, скрытую легкой дымкой. – Этот мир слишком хорош, чтобы его разрушать. Великолепная работа! Я уважаю того, кто его создал.
– Расскажи мне, что собирался, – попросил Рихтер. – Мне кажется, ты щадишь меня и потому не торопишься открыть мне правду. Что же с тобой происходит?
– Начало этой истории скрыто в самых корнях времен. Это случилось очень давно. Тот, кто сотворил всю эту красоту, – Дарий раскинул руки, – после устройства Вселенной занялся ее обитателями. По неписаному закону мироздания, первое мыслящее существо, которое творит Создатель, становится его же погибелью. Он вкладывает в него самого себя, и приходит время, когда Первый обязательно займет его место. Рихтер, я и есть этот Первый, Избранник и прочее… Не моя вина, что так случилось.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46


 Фарбажевич Игорь Давыдович - Сказка об огородном пугале