от А до П

от П до Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Пока же я решил только одно, что это пойдет вразрез с моими принципами, если я просто так стряхну с себя заботу об этом… приятном предприятии.
– Приятном предприятии?! Неприятном долге! – воскликнул Джулиан.
– Хорошо! – дразня юношу, согласился сэр Уолдо. – Пусть будет по-твоему. Ты всегда попадаешь точно в мишень. Только не отговаривай меня, самоуверенный молодой отговорщик! У тебя ничего не выйдет!
Лорд Линдет понял, что сэр Уолдо прав по крайней мере насчет этого, и сказал:
– Но я хотя бы пытался это сделать. Может, несколько неуклюже.
– Топорно было сработано! По-деревенски! – смеясь, сказал сэр Уолдо.
Тут открылась дверь. Он, увидел, кто стоит на пороге, и сказал:
– А, миссис Ведмор! Заходите!
– Да, сэр, – сказала экономка, склоняясь в реверансе. – Если вы говорили о той несчастной простыне, которая порвалась у ее светлости ночью, то мне очень жаль, сэр. Они такие тонкие, полотняные…
– Об этом и о многом другом, – прервал ее сэр Уолдо, ободряюще улыбаясь. – Почему ты мне не сказал о простыне, Линдет? Как мужчина, а? Боялся, что миссис Ведмор намылит тебе голову? Ладно, уйди с глаз долой! А уж я сделаю, что смогу, чтобы примирить тебя с этой милой женщиной.
– О, сэр! – запротестовала было экономка, залившись краской. – Что вы, я уж и забыла об этом! Просто хотела объяснить вам…
– Я понял, что вы просто хотели объяснить мне. Можно было этого и не делать. А сейчас я хотел бы поговорить с вами вот о чем. Что бы вы посоветовали в первую очередь купить из того, что сделало бы эти хоромы пригодными для жилья? И где это все можно побыстрее достать?
Миссис Ведмор уже и забыла, когда в последний раз с ней разговаривали столь любезно. Она от изумления открыла рот и, безуспешно пытаясь справиться со своими чувствами, сдавленно проговорила:
– О, конечно, сэр! Я с радостью… Если вы серьезно, сэр…
Взглянув на выражение его лица, она поняла, что он вполне серьезен, глубоко вздохнула и тут же стала перечислять все вещи, в которых дом больше всего нуждался.
Если бы сэр Уолдо мог предвидеть результат этого разговора, то это вызвало бы на его лице гримасу неудовольствия, по крайней мере. Его прислуга в Манифолде, например, сразу же покупала необходимые для дома вещи и считала это само собой разумеющимся. И никому из его соседей и в голову не пришло бы проявлять хоть какой-нибудь интерес к тому, например, что в дом привезена самая современная кухонная печь (прихоть матери сэра Уолдо). Но он и представить себе не мог, что свобода действий, которую он предоставил миссис Ведмор в деле благоустройства дома, тут же станет предметом живейшего интереса и страстных дискуссий во всей округе.
В Степлз эти удивительные новости принесла миссис Андерхилл, которая навещала перед этим дом приходского священника, где вдоволь поболтала с миссис Чартли. Миссис Ведмор из Брум Холла и миссис Хоневик, которая служила в доме священника, были старыми приятельницами, поэтому экономка не замедлила, захлебываясь от восторга, рассказать своей подружке во всех деталях о своем походе за покупками в Лидс, который можно было смело назвать настоящей оргией денежных трат!
– Что говорить о полотняных тканях и фарфоре, если он даже пожелал нанять в Брум Холл строителей, чтобы они посмотрели, что можно сделать с крышей, и проверили каждую балочку во всем доме! Словом, по всему видно, что он думает остаться, не правда ли, дорогая? – сказала миссис Андерхилл, пересказывая сведения, почерпнутые в разговоре с миссис Чартли.
Мисс Трент согласилась с этим выводом.
– Да, но с другой стороны, – решила поспорить миссис Андерхилл, – он сказал Ведморам, что не собирается принимать гостей, поэтому не станет нанимать расторопных лакеев. Он, конечно, одинокий человек, но… Как вы думаете, может, он будет приглашать к себе своих друзей?
Мисс Трент как-то не задумывалась над этим и поэтому была не готова к такому вопросу. Ей оставалось только согласно кивнуть и на этот раз.
– Да, – кивнула в ответ миссис Андерхилл. Ее лицо затуманилось. – Но есть одно обстоятельство, которое мне совсем не нравится, мисс Трент! Совсем не нравится! С ним приехал лорд!
– В самом деле? – спросила мисс Трент. При этом выражение ее лица даже не дрогнуло. – Какой… В смысле, как фамилия этого лорда?
– Не могу вам сказать, дорогая. Миссис Хоневик не запомнила его имени и поэтому не назвала его своей хозяйке, когда рассказывала ей о своем разговоре с миссис Ведмор. Известно только, что это кузен сэра Уолдо и к тому же очень симпатичный юноша. Да! Представляю, что сейчас творится с супругой сквайра! Ведь вы знаете, милочка, она считает себя образцом знатной дамы! И вот вам пожалуйста! В наших местах впервые объявился настоящий молодой и красивый лорд! Нет, я не скажу, что мне нет никакого дела до модной компании. Когда господин Андерхилл был жив, мы год от года только увеличивали расходы на гостей. Я уж не говорю о том, что мы посещали «Ассамблеи» в Хэрроугейте и Йоркские скачки. И я уверена, что вполне смогу организовать вечер не только для одного лорда, но для целого десятка! Кроме того, моя дорогая, несмотря на весь тот вид, который она на себя напускает, миссис Миклби никогда не сможет устроить для этого лорда такой ужин, который устроила бы я, можете не сомневаться! Да, и это, кстати, наводит меня еще на одну мысль! Она разослала уже свои пригласительные открытки и, представьте себе, не зовет к себе Теофанию! Она сказала миссис Чартли, что, по ее мнению, я, видите ли, не хотела бы, чтобы она приглашала Теофанию на светский вечер. Видите ли, я считаю, что она еще недостаточно взрослая для этого. Ну, если она и вправду так думает, то надо будет как-нибудь хоть раз показать ей Теофанию во время ее очередного буйства! А дело-то все в том, что она просто не хочет, чтобы Теофания своим видом затмила ее собственных дочерей. И, надо признаться, ее можно понять: на фоне нашей Фанни ее две простенькие невесточки станут просто незаметны.
Было очевидно, что она разрывается между надеждой сохранить богатую наследницу для своего сына и сильным желанием досадить жене сквайра. Миссис Андерхилл не отличалась тонким умом, но ее сообразительности вполне хватало, чтобы понять, что изящество манер миссис Миклби – это выражение не любезности, а снисходительности. Миссис Миклби действительно выигрывала происхождением перед миссис Андерхилл и с этим последняя, – как она призналась мисс Трент в минуту откровения, – не собирается мириться. Но пусть так! Несмотря на то, что у миссис Миклби ходит в родственниках много светских людей и она является женой сквайра, Степлз больше ее Мейнора. Пусть у миссис Андерхилл не такое блестящее происхождение, но она по крайней мере сумеет приготовить шикарный обед для себя и гостей, а не заказывать для этого никому не известную кухарку!
Мисс Трент не сомневалась в том, что миссис Андерхилл неспроста все это говорит, поэтому совершенно не удивилась, когда та тут же перевела беседу на обсуждение тех, кого следует пригласить к ужину, количества перемен блюд, которые нужно будет произвести за столом, и стоит ли увенчивать ужин танцами или нет. Вопрос стоял так: что будет предпочтительнее для сэра Уолдо. И как смотрит на это мисс Трент?
– На мой взгляд, предпочтения сэра Уолдо не играют тут никакой роли, мэм, – откровенно ответила Анцилла. – Вопрос надо поставить так: что будет предпочтительнее для вас самой?
– О, Господи! Даже не думала, что вы можете сказать такое, милочка! – воскликнула в изумлении миссис Андерхилл. – Ведь ужин-то делается в его честь! С какой стати я буду руководствоваться своими вкусами, которые наверняка отличаются от вкусов сэра Уолдо? Ведь я даю вечер не для того, чтобы тешить саму себя. Если кто-то так и поступает, то только не я!
– Совершенно с вами согласна, мэм! – мягко сказала Анцилла. На ее губах играла улыбка, которая делала ее моложе, в глазах мелькали озорные огоньки. – Вы даете вечер для того, чтобы потешить Фанни! Хоть и не следует посвящать его специально этой цели, вы знаете.
– Да, вам хорошо говорить, милочка… Лично я думаю, что было бы совершенно естественно, если бы она хотела развлечься. Ведь тетушка Берфорд не сочла нужным вывозить ее в свет в этом году. Как, впрочем, и раньше. Более того, милочка, – не стану скрывать от вас этого, ибо считаю, что могу говорить с вами обо всем без всякого вреда! – если Фанни вдруг покажется, что здесь для нее слишком скучно, я совершенно уверена в том, что она станет просить дядюшку забрать ее отсюда, и дядюшка это с радостью сделает, потому что я не сомневаюсь, что он отправил ее ко мне обратно с большой неохотой, лишь уступив настояниям своей жены. И неудивительно, почему ему не хотелось расставаться с ней!
Анцилла с минуту медлила с ответом, а затем, глянув прямо в лицо миссис Андерхилл, сказала немного застенчиво:
– Конечно, я понимаю вас, мэм! Конечно! Но… Но вы в самом деле думаете, что господин Кортни Андерхилл имеет интерес к своей кузине и подумывает на сей предмет серьезно? И подумайте: вам бы приятно было иметь ее своей невесткой?
– Я этого не говорила, но это здесь совсем ни при чем. Это было желание их отцов, к тому же она еще молода! Думаю, со временем и с возрастом она станет более спокойной и смирной, – с оптимизмом в голосе сказала миссис Андерхилл. Ее сознание тут же переключилось на более насущную проблему. Немного подумав, она сказала: – В моей гостиной могли бы одновременно разместиться двадцать четыре пары гостей и, возможно, даже больше, но… Боюсь, нам никак не набрать столько молодых людей, как Баттерлоу, нам этого не сделать никогда в жизни!.. Ну, хорошо. Сэр Уолдо, положим, после ужина сядет сыграть партию в вист, а вот как быть с этим его молодым лордом? Я прямо не знаю, что тут будет лучше… Так волнуюсь!…
– А если вам, мэм, не принимать заранее никаких решений, а положиться на волю судьбы? Если вам кажется, что у гостей после еды появится желание поразмяться, я бы могла поиграть им.
Но у миссис Андерхилл был другой взгляд на этот предмет.
– Если я решу, что у нас будут танцы, я найму музыкантов из Хэрроугейта. Как я делала это на Рождество! – объявила она. – Мои вечера всегда проходят так, что потом за них не бывает стыдно, так они будут проходить и впредь! И потом я не хочу, чтобы вы унижали себя! Уж не думаете ли вы, что я ставлю вас наравне с той пухлощекой гувернанткой, которая служила здесь до вас? Нет уж, вы займете свое место за столом и будете помогать мне развлекать гостей. Словно вы член нашей семьи… Кстати, мне часто кажется, что так и есть на самом деле. Вы всегда со мной так добры и любезны, моя дорогая!
Анцилла порозовела, но покачала головой.
– Спасибо вам! Это вы ко мне добры, мэм! Слишком добры! Но так не пойдет! Вы только представьте, какие глаза будут у миссис Миклби! Мы с Шарлоттой поедим в классной комнате и после этого я сведу ее вниз, в гостиную, как и должна делать гувернантка.
– Господи, все это вздор, милочка! – взмолилась миссис Андерхилл. – Ну зачем вы такое говорите! Вы были наняты не только в качестве гувернантки Теофании, но и ее подруги, не забывайте! Это ведь совсем другое дело! Кроме того, вы были так любезны, что стали учить мою Шарлотту. И я вам за это очень признательна.
– Я не чувствую, что заслуживаю такой признательности! – печально проговорила Анцилла. – Я пока не добилась в ее обучении большого успеха.
– Ничего! – горячо ответила миссис Андерхилл, которая была в эту минуту сама терпимость. – Я против того, чтобы девушка все время сидела взаперти в классной комнате. И на мой взгляд, вовсе не нужно особенно загружать ее головку всевозможными науками. Просто научите ее благопристойным манерам, и я скажу вам спасибо! А что касается жены сквайра – пусть смотрит! Хотя я не думаю, что у вас в роду есть генерал. Честно говоря, меня бы нисколько не удивило, если бы она пригласила вас к себе на вечер. – Она запнулась, внезапно наткнувшись на самую больную проблему. – Ох, уж этот вечер! Что же мне делать, милая мисс Трент? Фанни просто взбесится, когда узнает, что она не пойдет туда! Такую пыль поднимет, вы себе не представляете! Честно признаюсь, мне страшно даже подумать о том, что будет!
– Да, она склонна к бурному выражению своих чувств, – признала Анцилла. – Но думаю, мне удастся успокоить ее. Надо просто показать ей, что для нее лучше. Ибо… конечно, не совсем хорошо так говорить, но… Словом, до других ей часто нет дела.
Миссис Андерхилл что-то невнятно и без энтузиазма пробормотала в знак протеста, но отрицать правду было бессмысленно, и она умолкла. В самом деле, Теофании, несмотря на все «поставленные» в женской школе манеры, было в значительной степени плевать на других.
Миссис Андерхилл не стала расспрашивать гувернантку о том, каким образом та рассчитывает успокоить Фанни, а сама мисс Трент пояснить это не пожелала. Ясно было только то, что ее методы были необычны и в принципе должны были вызывать предубеждение у любой матери, желающей видеть свою дочь скромной, добропорядочной девушкой, милой и утонченной как внешне, так и по характеру. Но миссис Андерхилл доверяла мисс Трент.
Сама же мисс Трент уже давно поняла, что ее подопечная привыкла руководствоваться в своих поступках в первую очередь эгоизмом. Возможно со временем она познает глубокую, настоящую любовь, и тогда ее характер претерпит изменения, но пока самое лучшее, что могла для нее сделать добросовестно выполняющая свой долг наставница, это внедрить в ее голову мысль о том, что элегантные манеры настолько же важны для общественного успеха, как и миленькое личико; не позволять ей переступить определенные границы и не давать ей ссориться со всем домом, когда ей кажется, что члены семьи поступают вопреки ее воле.
Так что когда Теофания словно вихрь ворвалась в классную комнату, – Анцилла давно уже ждала ее там, – чтобы излить свое возмущение низким поступком миссис Миклби, мисс Трент слушала ее с видом искреннего изумления на лице, а потом воскликнула:
– Но… Боже мой, Фанни, надеюсь, ты не хочешь сказать мне, что хотела бы пойти на тот вечер?! Ты, наверно, шутишь!
Грудь Теофании мощно вздымалась, однако, она тут же осеклась и непонимающе уставилась на свою наставницу.
– Ч-что т-ты хочешь этим сказать?..
Мисс Трент изумленно вскинула брови и сделала вид, будто не верит своим ушам.
– Ты хотела оказаться на этой безвкусной толкучке?!.. О, Господи, что я сказала… Шарлотта, не сиди с открытым ртом, галка влетит! Ты ничего не слышала. А если ты где-нибудь посмеешь повторить это слово, я тебе покажу!
Шарлотта захихикала, но мисс Трент строго топнула ножкой.
То же самое, но уже с возмущением сделала Теофания.
– Этот вечер устраивается в честь сэра Уолдо и его кузена! Там все будут!
– Именно так! Только не надо есть меня глазами. Если ты действительно очень хочешь попасть туда, то мне остается только выразить свое искреннее сожаление! Потому что этот… вечер – совсем не то мероприятие, на котором бы тебе было, по моему мнению, прилично появиться! Ты была бы там самой юной дамой, если бы тебя пригласили, и можешь не сомневаться в том, что миссис Миклби уж позаботилась бы о том, чтобы посадить тебя в самый дальний угол от высоких гостей!
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43


 Моэм Сомерсет Уильям - Источник вдохновения