от А до П

от П до Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Домов больше не было, только сухие, желтые поля по обе стороны узкой извилистой дороги. Проезжая по высушенной земле, они увидели останки трех больших боевых роботов – руки, ноги, туловища, головы, почерневшие и искривленные.
Фургон замедлил ход, затем резко повернул налево и съехал с дороги. Он пролетел над канавой и вырулил на желтое поле. Развернувшись, фургон дал несколько сигнальных гудков и замер как вкопанный.
Бет прильнула к окну.
– По-видимому, мы приехали. Впереди какое-то здание.
Это был огромный, расползшийся в разные стороны особняк с толстыми кирпичными стенами и наклонной черепичной крышей. Пышный кустарник густо разросся перед домом, образовав аллею. Дорожка, выложенная красным кирпичом, вела к полированной широкой двери.
– Голограмма, – сказал Сваерс.
– Эй, гляди, – толкнул его Джейк, кивнув направо. – Засада!
Пятеро мужчин в рыжевато-коричневой униформе стояли привалившись к фургону. Четверо из них держали лазерные винтовки, направленные на путников.
– Эй вы, трусы! – крикнула, выглянув из фургона, Бет. – Уберите ваши паршивые ружья.
– Молчать! Я тебе покажу... трусы.
Человек в форме капитана сделал шаг вперед и ударил Бет по лицу.
– Мерзавец! – ринулся на него Джейк.
– Все нормально, Джейк. – Она схватила его за руку. – Не связывайся с ним.
Джейк с трудом сдержал себя. На лбу у него пролегли две глубокие борозды.
Пятидесятилетний человек, ударивший Бет, был маленького роста и очень худой, его левый глаз со шрамом на веке постоянно моргал.
– Капитан Эгьюлар, – представился он. – Вы арестованы по подозрению в подготовке покушения на Вобрайд.
– Что за бред, – возмутился Сваерс. – Я репортер из «ГЛА уик», а это мои друзья.
– Наемные убийцы всегда представляются как иностранные журналисты, – глядя на него исподлобья, сказал капитан.
– Я действительно журналист, – настаивал Сваерс. – Вы можете это проверить. Какое право вы имеете так грубо обращаться с женщиной?
– Возможно, вы правы, сеньор Сваерс, – смягчился капитан. – Но я должен установить личность этой девчонки.
– Меня зовут Бет Киттридж, – сказала она.
– Вы это утверждаете?
– Да, я Бет Киттридж.
Капитан покачал головой.
– Я вам не верю.
Джейк вмешался:
– Почему? Какие у вас причины для недоверия?
– А вас я знаю, – обернулся к нему капитан. – Вы, сеньор Кардиган, уголовный преступник, работающий по найму в детективном агентстве Бэскома, у вас скверная репутация. – Он покачал головой. – Думаю, у вас будут большие неприятности.
Сваерс дал выход раздражению.
Между прочим, мое интервью с Вобрайд помогло бы вашему паблисити, – проинформировал он маленького капитана. – Я так долго ждал момента, чтобы сюда попасть.
– Вы находитесь в зоне войны, – напомнил капитан Эгьюлар.
– Кому принадлежит это имение? – снова вмешался Джейк. Капитан повернулся к нему.
– Сеньор Кардиган, не перебивайте меня. Вы плохо воспитаны. Джейк посмотрел на него сверху вниз.
– Теперь я тоже узнал вас, Эгьюлар, – сказал он угрожающе. – Уверен, вы в свое время имели связь с торговцами тэком.
– С меня хватит, баста! – Капитан размахнулся для того, чтобы ударить Джейка, но остановился. – Вы все останетесь здесь под стражей, – сказал он сурово, – до тех пор пока официальные представители Вобрайд не прибудут сюда для допроса. Именно, сеньор, для этой цели.
– Когда они прибудут сюда? – спросил Сваерс.
– Кто знает? – Пожав плечами, капитан Эгьюлар удалился. Четверо солдат с лазерными винтовками в руках окружили пленников.
Бет наклонилась к Джейку.
– Он был связным?
– Да, правда, давно. Я арестовывал его дважды.
– Кто тебя просил об этом вспоминать, – жалобно сказал Сваерс, – думаешь, наше положение от этого улучшится?
Наступил вечер. Джейк сидел на корточках около кирпичной дорожки. Бет, скрестив ноги, дремала рядом с ним, Сваерс разлегся в кустарнике, который пышно цвел перед фасадом особняка.
Неожиданно показался длинный черный автомобиль. Он остановился в тридцати шагах от них.
Эгьюлар выскочил из дома и быстрым шагом направился к автомобилю. Щелкнул каблуками и вытянулся перед медленно, со скрипом открывающейся дверью автомобиля.
– Генерал Рибера, добро пожаловать. – Щелкнув каблуками еще раз, он сделал шаг назад и отдал честь.
Высокий стройный мужчина в костюме кремового цвета вышел из машины.
– Вот трое задержанных террористов, – указал на пленников капитан.
Рибера с изумлением смотрел на Джейка. Затем он начал громко смеяться.
– Ты теперь террорист, Джейк?
– Эдди... – усмехнулся тот. – Как давно ты стал генералом?
Сваерс вскочил на ноги и с облегчением произнес:
– Неисповедимы пути Господни.
* * *
Генерал и Джейк находились в большой гостиной, отделанной деревянной панелью. Рибера опирался на перевернутую пластигласовую корзинку. Джейк расхаживал по комнате.
– Все блуждаешь, Джейк. Ты поднимаешь пыль и разрушаешь миражи.
– Ты воздвиг эту голограмму?
– Нет, Эгьюлар. Ему нравится жить в особняке, хотя бы и призрачном. Я нахожу, что самое лучшее потакать человеку в малом.
Джейк разглядывал своего старого знакомого.
– Когда ты оставил адвокатскую практику в Борланде?
– Около пяти лет назад, – ответил Рибера. – Так получилось, что я решил объединиться с Вобрайд. Ты знаешь, политическая ситуация в стране ухудшается. Президент Ромеро – обаятельная леди, но не так несгибаема и практична, как Вобрайд. Впрочем, не стоит о ней говорить. Скажи, какими судьбами ты здесь?
– Я приехал встретиться с Вобрайд.
– Вспомнить былое? – подмигнул генерал.
– Боже мой, Эдди, кое-кому в Мексике кажется, что у нас с ней был один из величайших романов столетия. – Джейк раскинул широко руки. – Но все не совсем так. Я хочу ее повидать по делу, которым сейчас занимаюсь.
– Ты снова работаешь в полиции?
Джейк улыбнулся.
– Я вернулся из Холодильника, но остаюсь в списке неблагонадежных. Я работаю частным сыщиком в детективном агентстве «Космос» в Большом Лос-Анджелесе.
– Ну, Бэском, конечно, проныра, но не мошенник, подобно некоторым его конкурентам. Что он тебе поручил?
– Найти профессора Киттриджа и его дочь.
Генерал Рибера медленно встал.
– Дочь ты уже нашел, я узнал ее. Она знает, где профессор?
– Нет. А ты?
Рибера повернулся вполоборота к нему и прищурил глаза.
– Ты полагаешь, Вобрайд имеет отношение к исчезновению Киттриджа?
– Не знаю, но несомненно, авария была. Это произошло, в Большой сельве, которую контролирует Вобрайд, – рассуждал Джейк, – я пересек границу и добрался до людей, связанных с ней. На мою жизнь уже дважды покушались, а теперь меня и моих спутников держат как пленников.
Рибера протянул руку Джейку и пожал ее.
– Несправедливо. Я не отдавал приказ вредить тебе или кому-нибудь из твоего окружения.
– А что ты думаешь о Варгасе?
– О Варгасе?
– Он хотел меня убить, Эдди.
Генерал задумался.
– Наши взаимоотношения с Вобрайд не без проблем, – сказал он наконец, – и одна из них Рейф Варгас. Вобрайд и я не пришли к единому мнению по поводу его достоинств и верности.
– По-твоему, он обманывает вас?
– Скорее всего да.
Джейк вплотную приблизился к Рибере.
– Эдди, – тихо спросил он, – ты поможешь мне найти профессора Киттриджа?
– Не уверен, Джейк. – Генерал положил руку на его плечо. – Но я доставлю тебя в лагерь Вобрайд.
Джейк вздохнул:
– И на том спасибо.
Глава 26
В сумерках они добрались до Большого Леса. Огромные деревья тянулись вдоль дороги подобно бесконечным гигантским колоннам. Их раскидистые ветки казались причудливыми видениями.
Генерал Рибера, который вел черный автомобиль, притормозил в конце широкой дороги.
– Здесь первая застава, – пояснил он.
Трое мужчин в униформе тренировались, стреляя в ствол единственного необъятного дерева из лазерных винтовок. Они переключили внимание на приезжих, и один из них подбежал к автомобилю.
– Добрый вечер, генерал, – сказал солдат, заглянув в открытое окно машины.
– Приветствую, капрал. Мы направляемся в центральный лагерь.
– Вы можете следовать дальше, генерал Рибера. – Капрал сделал шаг назад и отдал честь.
– Это Карлос Трокса, не так ли? – спросил Джейк, когда они снова тронулись в путь.
– Да, кажется, так. Ты его знаешь?
– Встречались когда-то. Тогда он был вором-карманником. Скверный малый.
Рибера улыбнулся.
– Бывает, что люди меняются, Джейк.
– Крайне редко. Обычно кто был дерьмом, тот им и остается.
– Ты даже стал циничней, чем раньше.
– Может быть.
Огден Сваерс подал голос с сиденья:
– Тирания имеет духовный и облагораживающий эффект. Она превращает воров и бездельников в патриотов, защищающих великие идеалы.
– На что вы намекаете? – спросил Рибера.
– Да он просто диктует очередной репортаж, – вмешалась Бет, дернув сидящего рядом с ней репортера за рукав. Сваерс, спохватившись, почтительно спросил:
– Генерал, я могу сделать несколько снимков?
– Когда мы доберемся до базы, – сухо ответил тот.
– Но мне хотелось бы сфотографировать эти деревья. Они ведь не являются военной тайной.
– Не стоит. У нас могут возникнуть осложнения.
Видя, что Рибера начал раздражаться, Бет прошептала на ухо репортеру:
– Оставьте его в покое. Вы можете все испортить.
Вздохнув, Сваерс отвернулся и начал тихо наговаривать в диктофон.
Джейк возобновил беседу с Риберой.
– Тебе известно что-нибудь об аварии аэрояхты Киттриджа?
– Ничего, кроме того, что авария, видимо, произошла.
– Яхта опустилась где-то здесь?
– Предположительно да.
– Предположительно? У тебя есть сомнения?
– Меня не было в то время здесь, Джейк. Я располагаю только слухами, а факты тебе должна дать его дочь. – Рибера, повернувшись, мельком взглянул на Бет.
– Меня не было там, генерал, – сказала она.
– Странно, – сказал генерал. – Я слышал, что...
– Ее не было, – перебил Джейк. – Ты знаешь Беннета Сэндза?
Рибера покачал головой.
– Конечно. Хотя и не слишком люблю его, – признался он. – Несмотря даже на то, что он очень полезен нам.
– Каким образом?
– Он оказал Вобрайд значительную финансовую поддержку.
Джейк оглянулся на Бет и многозначительно произнес:
– За это Вобрайд могла оказать ответную услугу Сэндзу.
– Что ты имеешь в виду, Джейк?
– Ну, скажем, сделать что-нибудь с Киттриджем...
Рибера засмеялся и кивнул.
– Да, вполне возможно.
– Но она могла бы не сказать тебе об этом?
Рибера снова засмеялся.
– Ты знаешь ее, – сказал он. – Вобрайд даже своим любовникам не доверяет, не то что генералам.
* * *
Сотни голосов кричали в ночном лесу. А один, самый громкий, иногда перекрывал все остальные. Впереди показался яркий свет.
Автомобили парковались на дороге со стороны леса, среди них были также фургоны и даже несколько блестящих черных велосипедов.
Остановив машину, Рибера сказал:
– Мы остановимся сейчас и отдохнем.
– Почему тут столько машин? – спросил Джейк.
– Будет ралли, – ответил генерал, выходя из автомобиля. – Вобрайд пришлет награды и видеограмму.
– Пропаганда? – Джейк присоединился к нему.
– Естественно. Мы увидим ее выступление.
Сваерс жалобно спросил:
– Могу я сейчас воспользоваться камерой?
Рибера с любезной улыбкой ответил:
– Пошел к черту.
Бет взяла Джейка под руку.
– Варгас, вероятно, прибудет сюда, не так ли?
– Надеюсь.
Она слегка пожала его локоть.
– Джейк, я не думаю, что это идеальное место для противоборства с ним.
Шум впереди начал усиливаться, затем все внезапно оборвалось, наступила тишина.
Прошло несколько минут.
Внезапно над деревьями зазвучал голос женщины, усиленный микрофонами:
– Кто я?
– Вобрайд! – эхом ответила невидимая толпа.
– Уже лучше. Но еще раз, пожалуйста.
– Вобрайд!
– Да, меня зовут Вобрайд – Невеста Войны – с семнадцати лет. С того самого дня, когда мои отец и брат исчезли. Их убрали за то, что они выступали против безжалостного тирана, который управлял нашей страной. Они верили в свободу не только для себя, но и для всей Мексики.
Джейк, Бет и Сваерс вслед за генералом Риберой направились к месту проведения ралли. Автомобилей, фургонов и велосипедов становилось с каждой минутой все больше и больше. Внезапно яркий свет, хлынувший навстречу, осветил множество сверкающих машин. А голос женщины продолжал звучать:
– ...Я назвала себя Вобрайд с того дня, когда была изнасилована союзниками-солдатами. Меня насиловали пять мужчин, которые служили тирану. Я стала Вобрайд с того самого дня. В этот черный день я поклялась, что выйду замуж не за любимого, не за хорошего человека, который хотел на мне жениться. Я выйду замуж за войну! Я буду верная Невеста Войны и революции, до тех пор пока наша страна не станет свободной. Скажите мне мое имя.
– Вобрайд!
– Вобрайд!
– Вобрайд!
По крайней мере две дюжины гигантских деревьев были срублены для того, чтобы расчистить огромную площадку. На ней удобно расположились тысячи людей, мужчин и женщин в униформе. Они сидели на голой земле вокруг широкого деревянного помоста. Справа и слева стояли два громадных видеоэкрана, двадцати пяти футов высотой и такой же ширины. Темноволосая женщина, одетая в рыжевато-коричневые брюки, высокие черные лакированные сапоги и кроваво-красную безрукавную тунику, стояла одна на сцене. Оба экрана показывали ее в увеличенном размере. Это была очень хорошенькая женщина, коротко подстриженная, с яркими темными глазами и следами усталости и напряжения на лице. Женщина подняла правую ладонь, засверкавшую в направленных на нее прожекторах. Рука была ниже локтя металлической.
Бет наклонилась к уху Джейка и прошептала:
– Она выглядит намного старше, чем я ожидала.
* * *
– Будьте осторожны, – предостерег Рибера, подводя их к хорошо освещенной расчищенной площадке.
– Это голограмма огромного митинга, – объявил Джейк, разглядывая происходящее на площадке действие.
– Верно, – подтвердил генерал. – Фактически тут присутствуют четыреста человек. Но нам нужно, чтобы выглядело – как будто миллион. Ты опять за свое! – закричал он на Сваерса, который решил незаметно воспользоваться камерой. – Хочешь, чтобы тебя линчевали?
Репортер неохотно спрятал камеру.
– Я готов жертвовать собой ради правды, – заявил он.
Рибера сказал:
– Мы побудем здесь, пока Вобрайд не закончит свою речь. Потом я проведу вас к ней. – Он присел посреди голографической дороги.
Джейк сел рядом с ним, а к нему прислонилась Бет.
– Вобрайд на добрых десять лет моложе меня, – шепнул он ей.
– Не делай ее моложе, чем она есть. – Бет сидела положив ему голову на плечо. – Ты выглядишь намного лучше Невесты Войны.
– Я отдохнул в Холодильнике.
Вобрайд, повысив голос, говорила:
– Мы должны быть преданы не только флагу или другим любимым символам нашей страны, мы должны быть преданы идее Мексики. Она не может быть идеей одной личности, диктатора или этой мерзавки, которая называет себя президентом. Мексика должна быть идеей для всех. Мексика, о которой вы думаете и чувствуете, которую вы хотите для себя и своих детей. Мексика для нас – это сотни верных бойцов, мужчин и женщин, тех, кто приехал сюда ночью, и всех, кто услышат мои слова и увидят мое изображение.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21


 Пелликейн Патриция - Очарованный красотой