от А до П

от П до Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Он знал, что ранен, и знал, что рана серьезная, но сейчас с этим ничего нельзя было поделать. Главное и единственное сейчас — найти какой-нибудь выход или место для засады, и еще Энджел…
Ему было тяжело оставлять ее одну. Он напрягал слух, стараясь сквозь свист собственного дыхания расслышать выстрелы — но, услышь он их, смогли бы он вовремя поспеть к ней на помощь? Он должен был сам найти выход. Он не мог послать сюда Энджел.
Он старался экономить спички, зная, что они потребуются для пути назад. Теперь ему приходилось отдыхать чаще, и когда он зажег десятую спичку, его голова так сильно кружилась, что ему пришлось остановиться, прижавшись к стене, и ждать, пока сознание не вернется к нему. Он прошел в темноте еще пять или шесть ярдов и зажег последнюю спичку из тех, что он выделил для себя.
Откуда-то подул воздух. Он чувствовал его запах и видел его в легком колебании пламени каждый раз, когда зажигал спичку. Где-то там, впереди, находилось отверстие, но оно могло быть в нескольких милях отсюда, да вдобавок всего несколько дюймов в ширину. Он не мог идти дальше, но и не мог вернуться к Энджел без надежды на спасение.
Затем он взглянул под ноги и остановился, пораженный тем, что увидел.
Прямо перед тем местом, где он стоял, видны были отпечатавшиеся в пыли следы. И эти следы вели куда-то вдаль.
Казалось, прошли часы, с тех пор как ушел Адам. Логика говорила Энджел, что этого не может быть — чтобы дойти до конца веревки, требовалось всего несколько минут. Ей стало страшно, она испугалась, что Адам ушел навсегда.
Она крепко держала свой конец веревки, которая к этому моменту должна была натянуться.
Должна была. И когда он повернет назад, веревка должна снова ослабнуть. Она так и стояла лицом к входу. Ей не был виден свет, идущий снаружи, только более светлое серое пятно. Но она знала, что там, на лугу, было светло. Она не похоронена под землей.
Это большой туннель. Очень большой. Стены не давят на нее со всех сторон, и она не ударится головой, если посмотрит вверх. И здесь много воздуха. Она находится близко от входа. Если понадобится, она побежит…
Его слишком долго нет. А что, если с ним произошел несчастный случай? Что, если веревка оборвалась? Или он заблудился?
— Адам? — тихо позвала она. А затем, уже громко:
— Адам!
В ответ ничего, кроме эха.
Для пробы она изо всех сил дернула веревку. Та легко подалась. Энджел потянула снова — сопротивление отсутствовало. С другого конца веревку никто не держал.
Ее сердце было словно мешочек с водой, наполнявшийся и снова пустевший. Горло сдавило, лоб покрылся испариной. Пот лил с нее градом, пальцы онемели от страха. Она напряженно всматривалась в темноту, туда, куда ушел Адам.
— Адам, — в отчаянии прошептала она.
Она должна была пойти за ним. В туннелях водятся крысы, случаются обвалы, оползни, там мало воздуха. — Там темно, холодно и влажно, и кто знает, что может случиться в туннеле? Адам там совсем один…
В страхе она оглянулась на серое пятно, которое обозначало выход. Там, снаружи, были люди, которые застрелят ее в тот же миг, как только она выйдет. Но она не боялась их. Она боялась того ужаса, с которым может столкнуться в темноте.
Энджел хотела побежать на свет, выбраться из этого страшного места. И ей было все равно, что случится с ней потом. Она не может здесь думать. Не может дышать.
Она сделала, спотыкаясь, полшага к выходу и вдруг услышала за спиной какой-то звук. Энджел повернулась назад, неловко подняла винтовку — в панике она застрелила бы его, если бы он сразу не назвал ее по имени.
Энджел со стуком положила винтовку на землю и побежала к тени, видневшейся в темноте.
— Адам, я так волновалась… слава Богу…
Но его ответное объятие было слабым, он еле дышал.
Она почувствовала на руках что-то влажное, промочившее его одежду, и ее радость сменилась тревогой.
— Адам, что случилось?
— Ничего. Послушай…
— Это кровь! — закричала она. — Ты ранен…
— Послушай меня! — Он постарался придать силу своему голосу и обнял ее слабыми руками. — Послушай, — повторил он более спокойно. Он дышал через силу, но его слова были отчетливы:
— Ты права. Этот туннель сквозной — возможно, он выходит прямо к деревне. Там на земле я видел следы. Я не знаю, как давно они там, но мы должны рискнуть. Энджел…
Тело Адама обмякло, и Энджел крепко прижала его к себе, чтобы поддержать, потом осторожно усадила на землю. Его куртка промокла от крови.
Она прислонила его к стене и начала снимать с него одежду, ощупывая в темноте рану. Адам тяжело дышал от боли, когда ее пальцы скользили по неровным краям раны под ключицей, и ей стало страшно за Адама.
— Ах, Адам, — прошептала она. — Как ты мог идти с такой раной! Ты потерял так много крови…
Она говорила с ним и стаскивала с себя куртку, дрожащими руками распарывая шерстяную подкладку.
— Я не… знал, что рана глубокая.
Вдруг пуля скользнула через вход в пещеру, заставив их вздрогнуть. Бандиты были совсем близко.
Адам стал нащупывать винтовку, которую бросила Энджел.
— Нет… оставь ее! Ты не можешь…
— Нам нужно открыть ответный огонь! Иначе они войдут.
Энджел взяла револьвер, который он ей дал, и дважды выстрелила, не целясь, в сторону входа. Шум выстрела отозвался эхом, усилился и прогремел, как взрыв. С потолка туннеля посыпалась пыль.
У входа опять раздались выстрелы. Энджел снова пальнула из револьвера, а затем отбросила оружие в сторону. Она поспешно перевязывала рану Адама.
— Энджел, послушай меня, — прошептал он. — Долго мы здесь не продержимся. Я не знаю, какой длины этот туннель, и мне неизвестно, можно ли выйти из него на другой стороне, — я знаю только, что мне его не одолеть.
У Энджел опустились руки. Ее глаза уже привыкли к темноте, и она видела лицо Адама. Ей даже показалось, что она видит его глаза.
— Тебе придется пройти этот туннель без меня, — прошептал он.
Она в страхе затрясла головой:
— Нет!
— Ты должна это сделать. — Она чувствовала, что ему стоило немалых усилий говорить с ней так уверенно, но шум в ушах заглушал его слова. — Ты должна выбраться отсюда… Приведи подмогу, если сможешь. Но выберись.
— Нет! — С трудом сдерживаемая паника когтистыми лапами терзала ее нутро. — Нет, не заставляй меня! Я тебя здесь не оставлю, ты не можешь просить об этом. Ты не можешь заставить меня пройти через этот туннель! Адам, не заставляй меня это делать!
Он взял ее руки в свои. Его руки были сильными, но холодными.
— Я должен тебя заставить, — проговорил он спокойно. — Ты должна его пройти. Если ты не пройдешь этот туннель, мы умрем здесь оба.
Слова его тонули, как камни, в воронке холодного страха, который охватил ее. Энджел хотела оттолкнуть их, но не могла. Она попыталась отказаться, но не могла. Под стук своего сердца и со стиснутым горлом она отчаянно пыталась придумать какой-то другой способ спастись, какие-то другие слова… но не могла.
Адам был тяжело ранен и ослабел от потери крови. Возможно, они могли бы подождать до наступления ночи, но к тому времени он может умереть. За это время лошади, без сомнения, убегут… Если она попытается напасть на бандитов сейчас, в разгар дня, ее точно застрелят. Будь она одна, можно было бы использовать этот шанс. Но если она не приведет подмогу, то раненый Адам, оставленный здесь один, погибнет.
Ей нужно пройти через туннель. Другого выхода не было.
Она закончила перевязывать рану Адама, сделав это как можно тщательнее, затем принесла винтовку и сумки и положила их рядом с ним.
— Я постараюсь вернуться как можно быстрее, — сказала она. Но ее голос звучал неуверенно.
— Я буду задерживать их, пока у меня не кончатся патроны. Придерживайся левой стороны стены: справа глубокая пропасть. И Энджел… — Он открыл свою сумку и, с трудом преодолевая боль, вытащил что-то из нее. — Возьми это с собой. — Он протянул ей крест.
Она сжалась и отпрянула, как будто это был смертоносный предмет, как будто приписываемое ему проклятие было не легендой, а реальностью, или как будто он предлагал ей выпить яд.
— Нет! — хриплым голосом вскрикнула она и отчаянно замотала головой:
— Нет, мне он не нужен!
— Вот за этим они и охотятся, — терпеливо объяснил Адам. — Если они проникнут сюда, я не хочу, чтобы крест был у меня.
— Если они войдут в шахту, отдай им этот крест! — взмолилась она. — Я бы сама его им выбросила прямо сейчас, если бы была уверена, что смогу подойти к ним достаточно близко! Нет, я не возьму его! Он принес много боли и смертей, и, возможно, это единственное, чем можно будет выкупить твою жизнь, если… — Энджел сделала судорожный вдох и следующие слова произнесла ровным голосом:
— Оставь его у себя. Ты сам отдашь его индейцам. — Она начала подниматься и вдруг оглянулась. — Адам, — заговорила она срывающимся голосом, — я правда люблю тебя.
Он схватил ее руку и торопливо прижал к своей щеке.
— Я знаю.
Энджел медленно отстранилась от него и ушла в темноту.
Глава 20
Кейси усмехнулся и вытер пот с ремешков на шляпе.
— Думаю, он попался. — В течение последнего часа ответный огонь из шахты был беспорядочным, и Кейси понял: у них кончаются патроны. После последних пяти залпов наступила тишина. — Он точно попался.
— А может, он сейчас просто лежит в засаде, собираясь заманить нас в ловушку? — предположил Бриггз.
Кейси покачал головой. Ему везло сегодня как никогда.
— Ты его здорово зацепил. Видимо, поэтому он без толку тратит пули. Либо уже умер, либо скоро умрет.
— Там есть еще девчонка.
— Да. — Его глаза алчно сверкнули, и он вытер пот со лба. — Если она умная, последнюю пулю оставит для себя.
— Ну тогда идем?
— Да, — мрачно произнес Кейси. — Идем. Я слишком много потратил времени на этих двоих.
Их отделяло от входа в шахту всего лишь несколько ярдов. Когда они прижались к отвесной скале, все, что им нужно было делать, — это время от времени перезаряжать оружие и стрелять, не боясь быть задетыми самим.
Но они знали, что войти в этот темный туннель — совсем другое дело. Впрочем, эти двое, находящиеся сейчас в шахте, считай, у них в руках. Если бы Кейси не был в этом уверен, он бы никогда не решился туда войти.
Кейси пропустил Бриггза впереди себя.
— Ты очень помог мне, Бриггз, — проговорил он искренне. — Я хочу, чтобы ты знал это. Ты — один из лучших партнеров, с которыми я работал. — И он выстрелил Бриггзу в затылок из револьвера сорок пятого калибра. — Но я никогда не любил делиться, — добавил он, перешагнул через тело и вошел в шахту.
* * *
Энджел казалось, что она целую вечность крадется в этой темноте, погребенная в недрах горы. Слезы застывали на ее щеках, грязь прилипла к лицу. Кончики ее пальцев начали болеть и кровоточить, оттого что она постоянно хваталась за стену. Она придерживалась левой стороны, как велел ей Адам. Ее мучил холод внутри и снаружи, и временами дрожь накатывала на нее с такой силой, что она не могла дышать.
В таких случаях она вынуждена была останавливаться и приказывать себе дышать, мысленно представляя Адама, его тепло, и заставлять себя верить, что она обязательно выберется отсюда. Передохнув, она снова брела вперед.
«Все не так плохо. Стены не давят на меня. Воздуха много», — внушала она себе. И продолжала идти. Потому что где-то там, за ее спиной, умирал Адам.
Сначала она слышала стрельбу. Каждый выстрел как будто проходил через ее тело, ей казалось, что каждая пуля пронзает ее плоть, и она думала: "Что это было? А вдруг это та самая пуля, которая попала в Адама? А может, он умер? И все это ни к чему? Или, может, он сам убил этих бандитов?
Вдруг он заманил их и убил, и я уже могу вернуться?" С каждым новым шагом ей приходилось бороться с желанием повернуть назад.
А потом она уже не слышала никаких выстрелов. Но зато ей было слышно другое. Твари, которые бегали у нее под ногами, твари, которые ползали. Твари, на которых она могла наступить в темноте. Твари, которые могли запутаться в ее юбке. Твари, которые могли ползти по ее руке или могли коснуться лица, — от ужаса ей хотелось кричать. Ей хотелось кричать и кричать без остановки. Еще одно мгновение, еще один шаг — и она непременно закричит. Но она не издала ни звука.
Было так темно, что в этой темноте она потеряла счет времени. Вечность была просто огромным черным туннелем, наполненным страхом, и Энджел очутилась в ловушке, дойдя до середины этого туннеля. Она шла, прижимая одну руку к стене, шаркая ногами, вытянув впереди себя другую руку и покачиваясь от усталости. Если бы ее рука дотронулась до чего-нибудь живого, Энджел не знала, что бы она тогда сделала. Она была уверена, что ее мозг просто взорвался бы от ужаса.
И тут ее рука действительно на что-то наткнулась. Насколько она смогла понять, это была твердая, ровная, плотно утрамбованная земля. Тупик!
Энджел не закричала. Она прислонилась к булыжнику в стене и горько зарыдала.
* * *
Адам не знал, как долго он сидел в ловушке в этой темной шахте. Пот катился с него градом, руки дрожали. Он то терял сознание, то снова приходил в себя, и ему казалось, что прошло очень много времени. И всякий раз, когда сознание возвращалось к нему, он продолжал надеяться, что все изменилось, но все оставалось по-прежнему. Та же самая бесцветная пустота вокруг, тот же запах сырости, тот же револьвер, зажатый в его руке.
Недавно в винтовке закончились патроны. Он не понимал, как это случилось. Ему нужно было беречь патроны, и он бы об этом помнил, если бы мог ясно мыслить.
Но его лихорадило, и раненое плечо превратилось в одну леденяще горячую боль, и лившийся с него градом пот казался ему кровью. В револьвере остался последний патрон. Он слышал, как Кейси вошел в шахту.
Он думал об Энджел. Он послал ее в туннель. Возможно, он послал ее на верную смерть. Она была напугана и одинока, а он ничем не мог ей помочь. Он сделал это для нее.
Он заставил ее пройти через этот туннель.
Шаги осторожно приближались. Он затаил дыхание. Он не был уверен, были ли это шаги человека или крыс. Крыс, которые бегали по туннелю и которых так боялась Энджел.
Он моргнул, избавляясь от пота, который заливал глаза. Он крепко сжал револьвер, положив его на колено, и замер в ожидании.
«Ну давай, — думал он мрачно. — Давай…»
Одна из теней вдруг обрела форму. Форму мужчины, который приближался к нему. Мужчина не видел вжавшегося в стену Адама, который казался просто частью темноты.
Адам выжидал. Его револьвер был на взводе. Человек подходил все ближе, двигаясь уверенно, но осторожно. Вот он подошел уже достаточно близко. Можно стрелять. Адам нажал на курок…
И — промахнулся.
* * *
Вдруг Энджел почувствовала поток свежего воздуха. Как сумасшедшая, она ощупью пробиралась вдоль стены туда, откуда он шел, и неожиданно ее рука угодила в грязь. Проход! Тут был проход, выход был не полностью завален, но он был такой узкий! Его ширина была такой, что Энджел едва могла просунуть туда свои плечи, и кто знает, что ждет ее впереди…
Темнота вокруг. Темнота впереди. И Адам…
Она начала руками раскапывать рыхлую грязь, чтобы расширить щель. Она не могла лезть в этот крошечный проход, просто не могла себя заставить.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37
 Марз Ф