от А до П

от П до Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


— Я уже отслужил у Саинфа сто лет назад, Килидд. Почто приходить ко мне сейчас?
— Разве? А я бы пошел, Орлем, будь у меня ноги, и не допустил, чтобы он умер там — тот, кто рисковал своей жизнью ради моей.
— Коли Саинф умрет, его брат и сестра погибнут вместе с ним. Никто не может бежать из Тихой Заводи. Никто, кроме Кроухарта.
— Интересно, Орлем, — медленно произнес Кай, — неужели дети Уирра не смогут уйти оттуда? Неужто волшебник, живущий в воде, навредит им? В конце концов, они его плоть и кровь…
— Его дети заключили сделки со смертными.
— Да, но посмотри, как долго живем мы с тобой, Орлем. Дольше, чем могли бы предположить Саинф и его сестра. Даже если они умрут, то всего лишь снова станут нэгарами и будут ждать своего часа. Дети Уирра более терпеливы, чем река, которая тысячи лет точит камни. Боюсь, они вовремя сбегут. И если они скроются, убив перед тем Саинфа и предав его тело погребальному огню, кто остановит их?
Каррал слышал теперь тяжелое дыхание Орлема — словно тот решал какую-то сложную задачу.
— Силы нэгаров поддерживались рекой Уиннд. Вне реки, за пределами Страны-меж-Гор, они исчезнут.
— Возможно, но сколько для этого потребуется времени?
— Человеческая жизнь.
— Неужели они не выберутся за такой срок? Тебе известна их хитрость и изворотливость. Каибра и Шианон сдерживал только Саинф, только осознание того, что если он объединится с кем-то из них, другой неминуемо потерпит поражение. Саинф сохранял равновесие, пока Каибр не улучил момент и не убил его самым предательским образом.
— Но мы старые люди, Килидд. Старше, чем старые, — напомнил Орлем, и его голос казался очень слабым и дряхлым. — Общение с детьми Уирра сулит одни неприятности. У тебя они уже забрали ноги. Что ты принесешь в жертву в следующий раз? Нет, одно дело бороться, когда они ушли в реку, а другое — когда вернулись… Лучше спрячься, Килидд. Составь для себя карту путешествия в такое место, которое никто не сможет найти. И надейся, что к тому времени, когда нэгары выберутся из Тихой Заводи, мы уже будем в могиле. Чем раньше мы там окажемся, тем лучше, поскольку моя жизнь и так чересчур затянулась. Горя, которое выпало на мою долю, хватило бы на сотню людских сердец. Я пережил всех моих детей — и детей их детей тоже. Наше время вышло, Килидд. Давно пора.
— Каибр и Шианон считают иначе. Они снова обрели силу, а люди нынешнего века уже ничего не помнят, кроме имен в старинных песнях. Если Каибр убьет Саинфа…
— Его, без сомнения, спасет Шианон. А коли ей это будет не под силу, то что смогут сделать два старика?
— По Тихой Заводи передвигаться трудно и небезопасно. Это место хорошо знает только Кроухарт. Возможно, он найдет Саинфа скорее, чем Шианон или Каибр.
— Но где сейчас обретается Кроухарт? Ты можешь ответить на этот вопрос?
— Думаю, да. Несколько лет назад я послал в неведомые земли одного человека по имени Тизон, чтобы он отыскал кровавую лилию. На краю Тихой Заводи ему случайно повстречался Кроухарт, и они, что называется, завязали взаимовыгодное знакомство. Рабал собирал для Тизона целебные травы, которые растут в Тихой Заводи, а Тизон приносил Кроухарту все необходимое из Страны-меж-Гор. Тизон рассказал мне об их условном сигнале.
— И чего, по-твоему, я мог бы добиться? Тебе известно, что ожидало бы меня. Нам не понять силу детей Уирра. Ты был тому свидетелем, Килидд, видел, как они проламывают ворота крепостей, обрушивают молнии на головы врагов, творят заклинания, которые изменяют целые страны. Никто, кроме Уирра, даже не подумает встать на их пути. Мы безуспешно пытались воспрепятствовать возвращению Каибра и Шианон, и теперь они разыщут нас и накажут, потому как никому не прощают обид. Тебе это хорошо известно. Ни одному смертному не ведомо чувство мести, каким обладают и Каибр, и Шианон. Оно гораздо сильнее, чем тот гнев, который обрушил однажды Каибр на детей навредившего ему старика, хотя тот уже был мертв. Нет, чудовища сии заставят заплатить за причиненные обиды…
— Тогда, пожалуй, тебе лучше отыскать более отдаленное место, Орлем Слайтхенд, поскольку им не составит труда найти тропинку в эту долину. Спокойной ночи, Орлем. Мои одеяла, Уффра.
Каррал проснулся от пения птиц и понял, что до утра уже недалеко.
Ему говорили, что птицы начинают петь еще до рассвета, а люди встают, когда появляется солнце. Похоже, все спали на улице. Ночь была прекрасной: теплой и тихой. Каррал понял, что укрыт одеялом из грубой материи, которая кололась сквозь рубашку.
Он так устал вчера, что заснул прямо в кресле, и теперь ощущал, как подлокотник, сделанный из неотесанного дерева, впивается ему в ребра. Ночь казалась сном, как и непонятный разговор о детях Уирра.
Каррал слышал песни об Уирре и его детях. Уирр был каким-то образом связан с рекой Уиннд.
Когда сомкнулись очи, содрогнулся лес,
Хотя не умер он, подобно смертным,
Но скрылся в древней и таинственной реке,
А стая черных лебедей летела сверху.
Слепой менестрель мысленно перебирал тысячи мелодий. Вспомнилась песня о дарах Уирра детям, за каждый из которых была назначена цена, хотя слова Каррал уже забыл. Кай — или Килидд — и Орлем говорили так, словно жили в те далекие времена.
Хотя лежать в кресле было страшно неудобно, лорд не шевелился надеясь, что его новые знакомые проснутся и продолжат вчерашний разговор. Менестрель постоянно думал об услышанной тайне. Эти люди не казались сумасшедшими. Наоборот, говорили они слишком разумно, и выглядели напуганными и опечаленными.
Как могут дети давно умершего колдуна вернуться к жизни? Разговор шел о нэгарах, о которых Каррал знал множество песен, и все они были связаны с рекой. На ум не приходили какие-либо строчки, где нэгары не обитали бы в реке Уиннд или каком-то притоке, хотя порой они выходили на берег — в образе внушающих страх призраков. Кроме того, нэгаров никогда не называли по именам.
Неизменным было одно: нэгар заключал сделку с людьми, и смертным всегда приходилось платить втридорога.
Орлем проснулся первым. Каррал понял это по тяжелой походке Слайтхенда. Должно быть, он крупнее Уффры.
Орлем на некоторое время исчез, затем вернулся и зажег костер. Его шаги раздавались сначала близко, а потом удалились, превратившись в шарканье по камням.
Слайтхенд начал что-то тихонько напевать себе под нос, и время от времени можно было различить отдельное слово или целую фразу. Спустя некоторое время Каррал узнал мелодию, хотя она была сильно искажена: рассказ о любви одного юноши к дочери великого короля, который в исполнении Орлема превратился в песню о любви к дочери Уирра, что больше напоминало правду, поскольку в той версии, которую знал Каррал, «король» был колдуном.
Орлем запел громче. Голос у него был сносный, но не более того, хотя текст песни он передавал очень убедительно, словно рассказывал историю из собственного опыта. Несчастный влюбленный оказался отвергнут, и Уирр прогнал его в дальние края, где тот поступил на службу к брату возлюбленной — который не упоминался в песне, известной Карралу.
Следующим проснулся Уффра и побрел в уборную. Вскоре потрескивание костра и запах еды разбудили Кая.
— Бедняга Каррал, — сказал Кай. — Я его чуть вчера не уморил, похоже. Эй, Каррал…
— Не буди его покуда, — сказал Орлем. — Куда вы теперь направляетесь? Что будете делать?
— Не знаю. Я не смогу послать Тизона на поиски Кроухарта, потому что понятия не имею, где Тизон. Путь в Тихую Заводь недолог, но утомителен. Вряд ли Уффра доставит меня туда. Не знаю, что случится с Саинфом, если на него нападут Шианон и Каибр.
Каррал слышал, как Орлем глубоко вздохнул.
— Я разыщу его, только сделай мне карту, которая доведет меня туда и обратно.
— Когда попадешь в логово Эйлина, ни одна карта не поможет тебе выбраться. Но ты можешь разыскать Кроухарта, даже не отправляясь в Тихую Заводь. Тизон подаст ему сигнал отсюда.
Все замолчали. Каррал чувствовал напряжение в воздухе, как перед вспышкой молнии.
— Тогда я наточу меч. А ты найди перо и бумагу.
— Ты никогда не забывал о понятии чести, — тепло отозвался Кай.
— Никогда? Раньше я был моложе, а теперь уже стар. Я всего лишь книга воспоминаний. Что бы мы могли с тобой поведать людям, кабы они стали нас слушать! Легенды о колдунах и нэгарах… — Слайтхенд горько рассмеялся. — Ты думаешь, это с нами случится?
— Что?
— Станем ли мы нэгарами, обитающими в реке?
Кай ответил не сразу.
— Возможно. Только не спеши топиться, Орлем Слайтхенд. Не предавай себя реке. Слабые нэгары — не больше, чем легкий туман. По крайней мере дети Уирра считались прежде дождевыми облаками. Мы с тобой… мы станем не более, чем тоской, Орлем.
— Какой странный мир… Дети Уирра проснулись после стольких лет. Как подобное могло случиться?
— Точно неизвестно, однако у меня есть некоторые подозрения. Ты знаешь человека, которого зовут Эбер, сын Эйресита?
— Нет.
В костер подбросили хвороста.
— Одно время он служил у Гвиара Альвийского.
— Я слышал, что Гвиар умер, — сказал Орлем, поворошив угли.
— Да, и перед кончиной сошел с ума. Я не знаю, что он наговорил Эберу, но тот узнал больше, чем следует, хотя и непонятно, в каких целях он использовал полученные знания. Эбер прячется на острове Гвиара в течение уже многих лет. Мой друг Тизон иногда навещал его там.
— И что сказал тебе слуга?
— Эберу многое известно о нэгарах, ему даже довелось видеть их, причем не один раз. Моему другу показалось, что Эбер, возможно, ищет Камень, полагая, что Гвиар обладал подобными предметами.
— Ты думаешь, он нашел Камень? Гвиар, конечно, знал, как опасны вещи…
— Тизон мне об этом не рассказывал. В Эбере есть еще кое-что странное: он утверждал, что умеет слушать реку и слышать, что она говорит.
— Он сошел с ума. С тех пор как умер Уирр, даже горы изменили облик.
— Да, однако Тизону этот человек безумным не показался.
Орлем на минуту задумался.
— Пора шевелиться. Нам сегодня предстоит многое сделать.
— Каррал?.. — позвал Кай. — Уффра, встряхни его. Как бы он не помер. Ночью я почти не слышал, как наш друг дышит.
Глава 36
Баржи и доски понтонного моста пылали так, что густые клубы едкого дыма пеленой окутывали поле сражения. Кел смотрел на поле, сидя в седле боевого коня. Остатки армии принца Иннссского и Уиллсов либо бежали, либо сдались в плен.
Повсюду лежали трупы. Между фиолетовыми и черными иннесскими камзолами и темно-синими мундирами Уиллсов текла голубая река воинов Ренне. Среди фиолетового и синего темно-красная форма Аденне выделялась кровавыми пятнами.
Кел был уверен, что найдет погибшего Карла Аденне и, возможно, его отца.
Треск и шипение горящего дерева достигли предела, и внезапно доски, составлявшие понтон, рухнули. Одна из барж накренилась, поверх пламени взмыло живописное облако дыма.
Пленные сидели на земле, спина к спине. Кел видел, как один из них чистит меч, поскольку пленным разрешалось оставить при себе оружие. У рыцарей никогда его не забирали: достаточно было взять с них слово.
Да, думал Кел, но мы напали на них без должного предупреждения. Возможно, все правила отменились на время этой войны.
Слуга подъехал к юноше с новой лошадью, и лорд с трудом спешился. Он как раз собирался сесть в седло, когда увидел направляющегося к нему Эстенфорда.
— Какие новости, старина Тувр?
— Плохие, лорд Кел. Мы потеряли лорда Каррала, — сообщил Тувр.
Юноша замер.
— Его убили?
— Надеюсь, нет. Но ни самого лорда, ни его слуг нигде не найти.
— Отдай сэру Тувру свою лошадь, — приказал Кел одному из солдат. — Поехали на холм, посмотрим, что там. Мы не можем остаться без поддержки Уиллсов.
Рыцари взобрались на коней и отправились в путь.
— Если с лордом Карралом случилось что-то плохое, виноват буду только я — я настоял, чтобы ему разрешили приехать. Теперь эта идея кажется глупым капризом.
Рыцарей сопровождал конвой, поскольку в окрестностях еще встречались небольшие группы Уиллсов и их союзников. На вершине холма отряд Кела обнаружил место, где Каррал Уиллс остановился вместе с несколькими всадниками. Следы копыт вели в лес: рыцари последовали по ним.
Каждый раз, когда лошадь делала шаг, Кел ощущал острую боль в спине — там, куда его ударили мечом. Дышать стало труднее, и юноша боялся, что дыханием напоминает Тувра. Пожалуй, стоило сходить к лекарю, хотя сейчас врачи занимались солдатами с более серьезными ранениями.
Луг на первый взгляд был всего лишь вытоптанным пастбищем, однако вскоре рыцари наткнулись на первого всадника, лежавшего ничком в густой траве.
— К счастью, не наш, — угрюмо произнес Тувр, опустив глаза.
— Там лошади, милорд, — сказал один из солдат, указывая вдаль.
— Пусть пока пасутся, — ответил Кел, и они отправились дальше.
Вскоре нашлись еще двое, один из них свой. Оба тоже мертвы.
Кровавый след тянулся до тех пор, пока в списке убитых не оказались все воины, сопровождавшие Каррала, а также их преследователи.
— Они сражались достойно, — сказал Тувр, слезая с лошади.
Он неуклюже пошел вперед, ведя за собой лошадь. Деревянная нога то и дело проваливалась в мягкую землю, и Эстенфорд терял равновесие, но ему все же удавалось наклониться несколько раз, чтобы изучить следы.
— Думаю, одна лошадь шла без наездника, — сказал он Келу, разгибаясь и прикрывая глаза от солнца.
— Лорд Каррал?..
— Если бы всадником был один из наших воинов, он вернулся бы на поле сражения, чего этот человек не сделал. Будь это один из врагов, имелись бы следы двух лошадей, ведь среди погибших лорда Каррала мы не обнаружили.
— Возможно, мы его пропустили. — Кел оглядел луг. — Куда мог забраться лорд Каррал в одиночку?
Тувр тоже посмотрел на луг.
— Трудно сказать. Могу предположить, что он где-то неподалеку.
Кел обратился к одному из солдат конвоя:
— Найди егеря и собери отряд, чтобы проверить, куда ведет след. Если это лорд Каррал, нам нужно найти его раньше Уиллсов.
Кел и Тувр отправились назад на поле битвы.
На вершине холма они остановились, чтобы посмотреть на канал сверху. Воины медленно ходили среди тел погибших, перенося их и укладывая в аккуратные ряды. С ранеными поступали так же, размещая неподалеку. Многих из них еще до заката переведут в отряд мертвых.
Лесорубы готовили места для костров. С павших воинов снимут оружие и пересчитают. Тела сожгут на двух отдельных погребальных кострах. Над могильными ямами возвысятся курганы, которых так много в Стране-меж-Гор…
— После всего, что сделал Торен, чтобы предотвратить войну, она все-таки началась, — сказал Кел. — Причем именно на той земле, которую он хотел передать Уиллсам, надеясь сохранить мир.
— Война была нужна Менвину Уиллсу и принцу Иннесскому, лорд Кел. Никакая дипломатия не в силах помочь избежать ее, хотя я очень ценю старания твоего кузена.
— Я тоже. Следует снять осаду, — сказал Кел, размышляя вслух.
— Возможно, но, как мне кажется, скоро сюда подойдут остатки вражеской армии. В этом случае противник направится к мосту у Тамли Милз. Если неприятелю не удастся пересечь канал там, он будет искать лодки для переправы.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51
 Райт Синтия - Огненный цветок