от А до П

от П до Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Но перемена в характере движения нарушила покой. Его подбрасывало каждый раз, когда вода опускалась.
Он открыл глаза. Похоже, вечер встречается с ночью — ни темно, ни светло. Рядом находился каменный причал, и юношу волной прибило к нему. Приложив некоторое усилие, он поднялся и тут же упал на сухой песчаник. Лежал, тяжело дыша, а мир вокруг кружился и опрокидывался.
Алаан?.. Это его имя? Но нет, были и другие воспоминания… Саинф. Когда-то его звали Саинф.
Мысли разогнал ужасный скрежет. Казалось, часть отвесной скалы пришла в движение и начала распахиваться.
Врата Смерти!
Теперь Алаан понял. Лет сто назад он стоял здесь, и к нему подошел нэгар, проскользнув в щель, откуда сочилась его жизнь. На сей раз нэгара не будет.
Юноша посмотрел на открывающиеся со скрежетом врата, которые отбрасывали черную тень на камень. Тень ползла к нему, точно темный прилив. Алаан попятился назад, пытаясь снова попасть в плещущие волны, но безрезультатно.
— Смерть ожидает тебя, сын Уирра, — прошептал голос, мягкий, как шелест падающего листа. — Она сидит на черном троне, тень всех теней, темнее безлунного неба. Долго тебе удавалось скрываться, однако теперь слуги бросят тебя к ее ногам как жертвоприношение.
Алаан обернулся и увидел нечто, похожее на прозрачное облако, от которого отражался какой-то серебряный свет.
Что это? Лицо? Или протянутая рука? Беспокойные глаза жадно смотревшие на него?
— А ты что такое? — спросил Алаан.
— Я Эйлин, брат Уирра. Во всяком случае был им.
Алаан взглянул на ворота, которые продолжали открываться, сотрясая землю.
— Как ты здесь очутился?
Казалось, глаза призрака мигнули. Алаан теперь мог лучше разглядеть лицо, мрачное и изможденное.
— Мне кое-что нужно от тебя, племянник. Я верну тебе жизнь за… Но где мой камень? Разве тебе не передали его?
— Я отказался принять дар твоего глашатая, старина, — выпалил Алаан. — Зачем помогать врагу отца?
— Затем, что, как мне показалось, ты хотел жить. Кроме того, то, что я собирался предложить, должно было произойти более века назад.
Ужасный скрежет стих. До Алаана донеслись шепот и мучительные стоны.
— Я не верю тебе, старик. Ты душил всех и вся так, что только ты один мог дышать. Нет, Саинф выбирает другой путь. Я поступлю подобно всем людям. Я не верну тебя назад к жизни. Пойдем со мной сквозь Врата. Это следовало сделать, еще когда закончилась твоя земная жизнь.
— Да, ты смел, племянник. Смел и глуп. Смерть не видит меня, — едва различимо прошептал старик. — Я не могу пройти через ее Врата, поскольку не жив, но и не мертв еще. Теперь тебе придется увидеть то, чего не дано лицезреть ни одному живому человеку — Темное Королевство. Да избежишь ты вечных мук.
Послышались поспешные шаги, шепот, похожий на шелест ветра, который доносится сквозь распахнутое окно. Облако тумана стало удаляться, затем замерло. Чудовищное лицо смотрело в темноту.
Они скоро придут и заберут меня, — подумал Алаан. — Заберут в ночь, откуда никто не возвращается.
Он закрыл глаза, не желая смотреть на слуг Смерти.
Алаан лежал неподвижно, борясь за каждый вдох. Ему было известно, что случится. Саинф вернется в воды реки Уиннд.
Алаан собрал все свои силы, готовясь пережить ощущения, подобные тому, когда вырывают сердце.
Но ничего не произошло. Послышался отдаленный крик, потом знакомый шепот, плеск воды, бьющейся о камень…
Алаан открыл глаза, чтобы увидеть стену огня — глубокого и холодного, как река.
Алаана положили рядом с костром. Воины колдуна нашли какие-то грубые тряпки, и юношу заботливо укрыли.
Хаффид отправил полдюжины солдат, чтобы те набрали сухой травы, росшей на вершинах холмов. Когда притащили достаточное ее количество, черный рыцарь свил веревку, которую уложил вокруг Алаана и костра. Затем сделал огненный круг, и принц Майкл был рад, что на этот раз находится в стороне.
Хаффид стоял возле кольца пламени, бормоча неслышные слова. Огонь внутри круга разгорался и внезапно охватил Алаана. Принц подбежал, чтобы сбросить пылающее одеяло с юноши, но черный рыцарь схватил его за руку и удержал, ничего не объясняя.
Алаан ворочался и стонал, словно в агонии. Дважды он вскрикнул, а затем у него начались конвульсии.
Принц зажмурился. Он спас бы Алаана, если бы мог, но Хаффид победил.
Возможно, ужас происходящего притягивал Майкла, поскольку он снова открыл глаза и обнаружил, что пламя горит довольно низко. Внезапно Хаффид рухнул на колени, как подрубленный. Минуту он раскачивался над Алааном, словно вот-вот собирался упасть ничком.
Тогда принц понял, что на теле Алаана нет никаких признаков ожогов. Юноша лежал спокойно, а огонь даже не опалил одеяло, которое укрывало его.
Вдруг Алаан открыл глаза и улыбнулся.
— А, брат… ты пришел!
Хаффид с явным усилием поднял голову.
— И не думай сбежать от меня, — сказал он. — Я увезу тебя отсюда, где так много воды, и увижу, как ты умрешь… снова.
— А вот тут ты ошибаешься, брат. Тебе никогда не удастся выбраться из этого места. Только мне по силам найти выход — и никому больше. А у меня почему-то нет ни малейшего желания куда-то идти. Оглянись вокруг, брат. — Алаан поднял слабую руку. — Вот твое новое королевство, и другого уже никогда не будет. Убей меня, если хочешь. Это положит конец всем твоим амбициям.
Алаан рассмеялся.
— Не удастся разорить Страну-меж-Гор. Во всяком случае не в этой жизни.
— Тебе не напугать меня ложью, — воскликнул Хаффид, но Майклу показалось, что в его голосе звучат нотки сомнения.
— Мне незачем делать это, — ответил Алаан, устремив взгляд на черного рыцаря. — Ты в логове Эйлина, брат. Никто еще не вышел отсюда, кроме меня и воина, которого я отправил назад, надеясь увлечь тебя за собой. Я не верил в то, что это возможно, однако, к счастью, ошибся. Ты знаешь способы выяснить, говорю ли я правду. Используй их, и все поймешь.
Алаан огляделся.
— Принц Майкл?.. Как мне жаль видеть вас здесь! Вы не заслуживаете подобной участи.
Алаан попытался приподняться, но сил не хватило, и он упал.
— Может быть, кто-то принесет мне воды? Я ужасно хочу пить.
Хаффид с трудом поднялся на ноги, вынул меч из ножен. Занес клинок словно собираясь убить Алаана на месте, но вместо этого издал дикий крик, эхом разнесшийся по затопленному лесу; вопль исполненный гнева и злобы. Затем колдун быстро повернулся и изо всех сил ударил мечом человека, стоявшего рядом — своего воина, который упал замертво.
После этого Хаффид гордо направился к вершине холма, бормоча что-то себе под нос. Не пройдя десяти шагов, он обернулся и указал на человека, лежащего у огня — того, кто называл себя его братом.
— Ты не останешься здесь, Саинф! Я тебя знаю! Нет, ты ослабеешь скорее, чем я, и мы придем к соглашению.
Он посмотрел на своих солдат.
— Связать. Двое рыцарей должны постоянно дежурить рядом. Не спускайте с него глаз.
Хаффид повернулся к принцу Майклу:
— Принеси ему воды. Можешь стать его сиделкой. Хоть в этом будет от тебя прок.
Хаффид поднялся на вершину холма, затем скрылся из виду.
Принц Майкл нашел флягу и наполнил ее. Подойдя к костру, помог Алаану напиться, обеспокоенный сильной слабостью юноши.
Алаан попытался улыбнуться и прошептал:
— Хаффид не так глуп. Он думает, что я попытаюсь сбежать, оставив его здесь, и что я уговорю вас помочь мне. Однако я скорее сам останусь тут до конца жизни, чем выпущу брата в Страну-меж-Гор. Мне очень жаль, мой принц, по мы вынуждены заплатить эту цену.
Глава 40
Орлем посмотрел на свое отражение в луже: здоровенный мужик, одетый в доспехи такого фасона, какой не носят уже несколько веков. Хотя кольчуга весьма хороша: звено за звеном ее мастерил Вомма Форфингер, а он свое дело знает. Меч даже лучше — его выковал Корлинн, и нигде в мире не сыскать такой клинок. Для человека среднего телосложения этот меч был бы двуручным, а вот Орлем легко управлялся и одной рукой.
Слайтхенд вытащил из походного мешка, что лежал у ног, аккуратно сложенную карту. Едва он дотронулся до нее, как ощутил легкий трепет перед волшебством Килидда.
Орлем знал, что без карты ему ни за что не найти дорогу в Тихую Заводь. Он гораздо меньше времени путешествовал с Саинфом, чем Килидд, и плохо ориентировался в неведомых землях.
Килидд.
Орлем покачал головой. Подумать только: его друг едет сейчас где-то в разбитой тележке, сидя на подушке из соломы, как какая-нибудь свинья, которую везут на рынок. Килидд, которого когда-то любила Шианон, который всегда был лучшим из лучших!.. Он оставил все свое богатство, чтобы путешествовать с Саинфом. Орлем, конечно, поступил так же; то же делали и многие другие, но все равно, случай с Килиддом исключительный. А теперь ему нет места среди людей — такова судьба тех, кто странствовал с Саинфом. Когда ты увидел красоты мира, даже прекрасный дворец покажется тюрьмой.
В лужу упал листок. По воде пошли круги, и отражение Орлема задрожало и закружилось, как перед глазами у пьяницы.
Безумие ли это — снова вступать в бой? Двое стариков — старее старого. Орлем знал, что не выглядит пожилым. Но — увы! — не кажется он и молодым. Никакой девушке не разобьет сердце его внешность, однако Слайтхенда вполне можно принять за необычайно крепкого и бодрого мужчину лет шестидесяти. А ведь прожил-то он больше шести десятков веков…
Орлем разложил карту на плоском камне и стал изучать темные линии, проведенные уверенной рукой Килидда. Нужно идти вверх, так объяснил Килидд. Да, вверх через перевал, а затем в Тихую Заводь, где, по слухам, все еще обитает Кроухарт — говорят, он жив.
Сложив карту, Орлем вернул ее на место и снова перекинул через плечо походную сумку. Он взял с собой немного, так как привык добывать пищу в любых условиях. Слайтхенд нес котелок, топорик, кремень, моток веревки, одеяло и немного еды. Кроме того, при нем был и лук из древесины яка, который Орлем редко использовал в бою, поскольку мастерски владел мечом. Однако лук может пригодиться, чтобы добыть что-либо для походного котелка.
Слайтхенд начал подниматься по скалистому уступу, пробираясь среди огромных булыжников. Подлесок становился все более редким. Подъем занял несколько часов, местами он был крутым и тяжелым, но наконец Орлем достиг вершины, откуда оглядел огромное болото, наполовину скрытое пеленой тумана.
— Итак, Кроухарт, что за заброшенное место ты выбрал своим домом?..
Путник скинул сумку и сел на камень, отпив из фляги. Внутри росло чувство беспокойства, и Орлем то и дело оглядывался на залитые солнцем долины. Он сможет вернуться туда через день. Но это сумеет сделать и Каибр, который отрезал Килидду ноги за то, что тот был союзником Саинфа, А что сотворит Каибр с человеком, который сначала служил ему, а затем перешел на сторону врага?
От этой мысли Орлем вздрогнул.
Поднявшись наверх, он поправил сумку и направился вниз по склону к болоту, что простиралось у подножия холма. Легкий ветерок принес запах — запах, слишком напоминавший Орлему о смерти.
Спуск занял гораздо меньше времени, чем подъем, и скоро перед взором Слайтхенда предстала Тихая Заводь, окутанная густым туманом.
— Что ж, Рабал Кроухарт. Теперь нужно дать тебе знать, что я здесь.
Орлем снял сумку, скинул кольчугу и вытащил топор. На краю болота стояли несколько мертвых деревьев, за которые он взялся в первую очередь.
Слайтхенд развел костер, и пламя вскоре стало настолько сильным, что невозможно было находиться близко. Орлем не смог удержаться от мысли, что огонь этот похож на погребальный костер. Вскарабкавшись обратно на склон, он срезал цветущую виноградную лозу, обвивавшую внушительную ель, бросил ее в костер, и воздух наполнился запахом гнили. Орлем отошел на приличное расстояние и сел на землю, прикладываясь к фляге с водой.
— Друг Кая утверждает, что это привлечет тебя. Посмотрим.
Орлем ждал до позднего вечера, то и дело подбрасывая хворост в огонь. Возможно, Килидд ошибся, и Кроухарт давно покинул эти места.
Слайтхенда потянуло в сон, но он поборол желание, хотя обычно любил после обеда поспать. Чтобы занять себя чем-то, Орлем вытащил кремень и начал точить меч, которым не пользовался уже несколько сотен лет. Старинные доспехи и меч — единственное, что он оставил в память о былых временах.
Неужели он действительно победил львиную стаю, посланную Каибром? А какие то были звери! Крупнее обычных львов и гораздо свирепее. Орлем первым ворвался в ворота крепости Тих-мор-Валь и ощутил на себе гнев Андора Шоте и его сыновей. Сколько людей пало в тот день! А еще… еще он был возлюбленным Шианон — некоторое время. Орлем ничего не забыл, хотя воспоминаниям он теперь не предавался так часто, как раньше.
Какая она сейчас? Другая, сказал Килидд: добрее, женственнее.
Каркнула ворона. Орлем поднял голову и увидел нарушительницу тишины на одной из нижних веток большого дерева.
— Неужели ты превратился в ворону, Рабал? — спросил Орлем и засмеялся.
Птица вспорхнула и пролетела прямо над головой воина, затем резко повернула, и что-то упало к ногам Орлема. Поискав, он нашел предмет: кольцо с красивым камнем.
Слайтхенд встал и огляделся в поисках вороны, которая вернулась на свой насест.
—Что ж, очень мило с вашей стороны, любезная птица, но я слишком стар для женитьбы, а вы еще так молоды и очаровательны.
Ворона спрыгнула с ветки и полетела, сначала очертив круг, а затем направившись в покрытое туманом болото. Орлем долго слышал ее крик. Через некоторое время она вернулась на свой изящный насест и каркнула так, словно бранила непослушного ребенка.
Орлем нашел рюкзак, вложил меч в ножны и направился к краю Тихой Заводи. Ему не хотелось идти дальше. Килидд предупреждал, что ни одна карта не выведет его оттуда. Это могли бы сделать лишь Саинф или Кроухарт, а Саинф, вполне возможно, уже ушел — или умер.
Ворона снова сорвалась с ветки и с криком полетела над головой Орлема.
— Ладно, ладно! — сказал тот. — Я пойду.
И решительно направился в стоячие воды болота.
Путь был труден. Ворона кружила над головой, то пропадая в тумане, то снова возвращаясь. Когда Орлем отправился в дорогу, уже наступил вечер, и теперь он думал, как идти в темноте. Будет ли ворона сопровождать его после захода солнца? Подобное казалось маловероятным, но в конце концов эта птица весьма необычна. Она из стаи Кроухарта и способна на любой сюрприз.
Вскоре Орлем понял, что солнце село и надвигается темнота. Что делать? Идти за вороной, ориентируясь по ее карканью? Слайтхенд догадывался, что ночью на болоте небезопасно. Вокруг роились жуки, но Орлем заставил их держаться в стороне, хотя эта способность, приобретенная им после странствий с Саинфом, не распространялась на более крупных животных, которые не станут бояться. Сегодня он уже дважды встречал змей и был уверен, что еще больше этих тварей затаилось в камышах. Так что Орлем обходил заросли стороной, стараясь держаться открытой воды.
Что-то большое и темное появилось в тумане. Дерево, понял Орлем, и вскоре взобрался на берег острова. Здесь воин наткнулся на остатки лагеря. Было похоже, что его покинули поспешно, и притом недавно.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51


 Чехов Антон Павлович - Три Сестры (Драма В Четырех Действиях)