А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

Уилсон Митчел

Брат мой, враг мой


 

На этой странице выложена бесплатная электронная книга Брат мой, враг мой автора, которого зовут Уилсон Митчел. В электронной библиотеке libes.ru можно скачать бесплатно книгу Брат мой, враг мой в форматах RTF, TXT и FB2 или читать онлайн книгу Уилсон Митчел - Брат мой, враг мой.

Размер архива с книгой Брат мой, враг мой составляет 513.47 KB

Брат мой, враг мой - Уилсон Митчел => скачать бесплатно электронную классическую книгу




МИТЧЕЛ УИЛСОН
БРАТ МОЙ, ВРАГ МОЙ
КНИГА ПЕРВАЯ.
БРАТ МОЙ, ВРАГ МОЙ
Глава первая
Спустя много лет после событий, с которых начинается эта книга, представители авиационной компании, расследовавшие вместе с полицией штата причины катастрофы, осматривали вещи, незадолго перед тем разлетевшиеся по склону горы, и нашли старый любительский снимок в сумочке Марго. Эта ярко-красная сумочка, как и небольшой чемодан и прочие чудом уцелевшие дорогие безделушки – они, очевидно, выпали из самолета ещё до взрыва, – поражали своей безмятежной жизнестойкостью, присущей предметам, сохранившимся после катастрофы. Сумочка Марго стоимостью в девяносто пять долларов лежала на столе экспертизы, безмолвно свидетельствуя о том, что вещи долговечнее людей, то есть о самой древней истине в короткой истории человечества.
Само собой, дамская сумочка ценою в девяносто пять долларов в любые времена неизбежно попадает под рубрику предметов роскоши. Катастрофа произошла в 1929 году, в самую веселую, золотую пору процветания. Но даже и тогда красная сумочка казалась вещью необычной, могла принадлежать только очень богатой даме, и трудно было установить какую-либо связь между её покойной владелицей и девушкой на любительском снимке, сделанном пять лет назад. В списке пассажиров Марго, разумеется, числилась под фамилией мужа, и эта фамилия сразу же объясняла, почему Марго могла покупать такие дорогие сумочки, но никому и в голову не пришло, что существует некая связь между женщиной, носившей эту фамилию, и выцветшей надписью «МЭЛЛОРИ» на вывеске гаража, под которой на снимке стояла юная троица.
«Братья Мэллори. Гараж», – гласила Вывеска над двустворчатой дверью старого сарая, а у порога между двумя юношами стояла молодая девушка с веселым и лукавым лицом. Все трое слегка щурились от солнца и улыбались. Фамильное сходство, вплоть до застенчивых улыбок, сразу бросалось в глаза, как на портретах юных Медичи, ещё не достигших вершины своего могущества. Молодые люди, вернее долговязые мальчики, высились рядом с Марго, оба в рубашках с открытым воротом, которые в наш век заменяют латы эпохи Возрождения. Кен скорчил величественно-надменную гримасу, а младший брат, самый высокий из всех, стоявший слева от Марго, неуклюже засунул руки в карманы; его глубоко сидящие глаза смотрят прямо в объектив с умной настороженностью, но улыбка у него грустная и милая, какая бывает у некрасивых юношей.
Марго взяла братьев под руки, словно понуждая их идти вперёд; казалось, она остановилась на минуту, чтобы сняться, но, как только щелкнет затвор, тут же повлечет их дальше даже не оглянувшись на оставленный позади гараж. Она стремилась к цели, находившейся где-то далеко за горизонтом, – там начиналась золотая страна, в существование которой верило её жаждущее сердце. Кен, сделав гримасу, всё же выставил ногу вперёд, словно решив идти за сестрой, куда бы она ни повела, но Дэви, самый высокий из них, упрямо стоял на месте. Казалось даже, будто он отстал от них, на самом же деле он был чуть впереди.
В атмосфере внезапной смерти веселая отвага этой маленькой дешевой фотографии вызывала щемящее чувство. На ней были запечатлены три юных существа, полные надежд, молодого задора и высоких стремлений, а также всё их скромное достояние – кроме самого главного. Тут был гараж, дававший им средства к существованию, одежда, которую они носили, ибо, кроме того, что было на них, они почти ничего не имели, и тут же виднелась передняя часть старенького двухместного «доджа» с вымпелом инженерного факультета на ветровом стекле.
Самого главного их достояния, которое не было запечатлено на фотографии, не видел ещё никто, – оно пока что представляло собой лишь идею, созревшую в головах братьев: несколько чертежей да расчетов в записной книжке. Идея эта, однако, послужила для Марго мостом, по которому она меньше чем за пять лет пришла от жалкого гаража в среднезападном городишке к обладанию девяностопятидолларовой сумочкой и фамилией, знакомой всем, кто хоть иногда заглядывал в финансовую хронику, а потом – к бессмысленной смерти при аварии пассажирского самолета-люкс.
Если бы люди, расследовавшие катастрофу, каким-нибудь образом узнали о существовании этой идеи, то в те дни, в 1929 году, они всё равно ничего не смогли бы уразуметь, хотя двадцать лет спустя и для них и для всей страны плоды этой идеи стали делом настолько привычным и обыденным, хотя и непостижимым, что они с трудом припоминали время, когда ничего подобного ещё не существовало.
Вместе с губной помадой, пудреницей, носовым платком, дамским портсигаром и пачкой банкнот на сумму в сто пятьдесят долларов – на дорожные расходы – непонятная старая фотография переходила из рук в руки, пока не дошла до регистратора страховой компании. Он занес её в список и хотел было бросить на кучку вещей, но вдруг остановился, неизвестно почему обеспокоенный напряженной пытливостью взгляда Дэви, самого младшего и самого высокого из этой троицы. Но кто-то подтолкнул регистратора локтем, и маленький квадратик глянцевитой бумаги полетел на стол. Вещи сложили в большой пакет, надписали имя и фамилию погибшей пассажирки и запечатали, чтобы отослать мужу и братьям, которые ждали Марго, не зная, что её уже нет в живых. Они ждали её, чтобы вместе отпраздновать свершение самой заветной её мечты.
И не только регистратор, но и многие другие задерживали взгляд на снимке, с которого глядел на них Дэви Мэллори, застенчивый двадцатилетний юнец, и невольно задумывались. Вот почему эта повесть, в сущности, является повестью о Дэви. И если Марго толкала и влекла братьев вперёд, а Кен более чем охотно готов был следовать за нею, то Дэви видел гораздо дальше, чем брат и сестра. Он видел тот же горизонт, что и они, но за этим горизонтом ему открывались совсем другие дали, где не было солнечного света и не было места ни любви, ни гордости, ибо, кроме неясного свершения надежд, переполнявших их сердца, ему виделось и многое другое.
И уже в те времена в глазах Дэви была тень предельной человеческой скорби. Встретясь с Дэви, вы потом не раз думали о нем, смутно понимая, что этот юноша предвидит всё самое тяжкое, что ждет впереди не только его, но и вас, и каждого, кто живет в наше время и кто будет жить после нас. Но спрашивать, что он видит, как-то не хотелось.
Историю Дэви Мэллори, по справедливости, нужно начинать не с рассказа о нем самом или о его сестре Марго и даже не о его божестве – старшем брате Кене. Она начинается с появления в их жизни человека, встреча с которым определила их и его собственное будущее; так иногда путешественник во время долгих странствий проезжает через незнакомый город, с виду ничем не отличающийся от сотни других городов, мелькавших на его пути, а в этом городе взглянет на обсаженную деревьями улицу, ничем не отличающуюся от других улиц, и его не кольнет предчувствие, что когда-нибудь один из домов на этой улице в этом безымянном городе будет его пристанищем до самой смерти.
Этот день в конце 1925 года начался для Дугласа Волрата точно так же, как все предыдущие дни. Он проснулся рано, полежал, уставясь в потолок, потом одним рывком соскочил с кровати. Этот большой дом всего несколько недель назад был куплен для Волрата его секретарем заочно, по телефону. Указания были следующие: «Что-нибудь приличное, вот и всё. Побольше комнат, хорошо оборудованная кухня и кладовые, не меньше трех ванных, уединенное местоположение, но не слишком далеко от города. Если из окон будет красивый вид, тем лучше, но в общем это не имеет значения». Для Волрата ничто не имело значения, кроме авиационного завода, который он недавно присоединил к своей коллекции промышленных предприятий.
Он встал, как обычно, ощущая в душе какой-то осадок, словно от неизлитой накануне злости, и непонятное беспокойство, которое вынуждало его спешить, спешить, спешить, будто в состязании на скорость, не зная, что за приз он получит, если победит, и какая кара его ждет, если он проиграет. Он всегда просыпался с таким ощущением. Сколько он себя помнил, они никогда не покидало его. Это был один из признаков, по которым Волрат, пробуждаясь, узнавал самого себя.
Его слуга Артур давно уже был на ногах. Волрат с вежливым безразличием бросил «доброе утро», потом быстро и безмолвно съел завтрак. Перед домом на длинной асфальтовой дорожке под солнцем чудесного утра блестел ожидавший его автомобиль. И только сев за руль, Волрат начал испытывать некоторое умиротворение.
На длинном низком открытом «кэнинхеме» он развил слишком большую скорость для такой дороги, но всё же держался известного предела, чтобы грузную машину не бросало из стороны в сторону. Она летела вперёд, как ярко-голубая игла, пыль вилась за ней толстой бурой нитью. Волрат постепенно успокаивался, с удовольствием ощущая мягкие толчки шин, рокот мотора и хлещущий ветер. Надо было чем-то дубасить по всем своим пяти чувствам, чтобы утолить жадное нетерпение, в последние годы неизменно овладевавшее им каждый раз, когда он затевал какое-нибудь предприятие.
В течение нескольких недель со дня своего приезда Волрат позволил себе быть чем-то вроде ученика при инженерах, перешедших к нему по наследству от прежнего владельца. С нынешнего дня он намеревался взять власть в свои руки, Он обладал гораздо большей уверенностью в себе и более твердым сознанием своего финансового могущества, как унаследованного, так и благоприобретенного, чем многие люди вдвое старше его. Но в это великолепное утро он чувствовал себя юным и знал, что таким останется на всю жизнь. Он неуязвим. Вот если сейчас, сию минуту он поддастся порыву и разобьет машину о придорожное дерево, то нет сомнения, что он выскочит из-под обломков без единой царапины и как ни в чём не бывало зашагает дальше.
Шоссе прямой серой полоской убегало на юг, то вздымаясь, то опускаясь между буйно зеленеющими холмами фермерских земель. Проезжая по самому центру страны и мысленно видя на тысячи миль в ту и другую сторону, Волрат чувствовал себя всемогущим. Слева под утренним солнцем лежали зеленеющие квадраты полей вперемежку с амбарами, силосными башнями; они тянулись к востоку, через сотни дымных городишек, подступали к мириадам мерцающих окон Нью-Йорка и перекатывались дальше, к тонущему в солнечной дымке побережью Ист-Хэмптона. Волрат знал каждый дюйм этих пространств. Справа до горизонта расстилались пастбища, за ними – две тысячи миль пшеничных полей, потом терриконы возле шахт и горы, горы до самого Сан-Франциско. И всюду вокруг, на всем континенте, Волрат чувствовал приглушенное кипение людской деятельности. Казалось, скрытая жизненная энергия страны заставляет трепетать прозрачный утренний воздух. Потребность спешить так жгла Волрата, что утренняя поездка в город была для него досадной потерей времени; и лишь ощущение плавной мощи машины скрашивало этот путь.
Он вдруг понял, что любит свою машину; эта мысль, долго таившаяся где-то, в подсознании, словно ожидая своего часа, озарила его, как вспышка магния. Волрат представил себе, как он говорит: «Знаете, были у меня в свое время «кадиллаки», «роллс-ройсы» и «изотты», но все они ничего не стоят по сравнению с этой малюткой».
И тут же на него нахлынуло мучительное юношеское смущение. Разумеется, так сказать мог только хвастливый пошляк, и в данном случае совершенно неважно то, что человек двадцати пяти лет от роду действительно имеет право говорить «в свое время». А, черт! Волрат терпеть не мог мальчишества, свойственного молодости.
Мимо промелькнул щит с надписью:
«Добро пожаловать в Уикершем. – Чудо-город. – Промышленность. – Культура. – Государственная деятельность. – Торговая палата столицы штата».
Машина легко взяла следующий подъем, и с холма перед Волратом вдруг открылся сверкавший на солнце игрушечный городок. Петляющий спуск, ещё подъем, длинный, под углом в девяносто градусов, зигзаг – и городок бросил под колеса машины булыжную мостовую, потом двинул на Волрата справа трамвайную линию, делавшую в этом месте поворот, чтобы преградить; ему путь. Но Волрат охотно принял вызов и перехитрил городок.
Он выехал на трамвайную линию и помчался вдоль отливающих шелковым блеском стальных рельсов.
Немного погодя он взглянул на щиток со счетчиками и циферблатами. Стрелка бензоуказателя приближалась к «Пусто». В конце неказистой улицы он заметил гараж с бензиновой колонкой и подрулил к нему.
Вывеска гласила: «Братья Мэллори. Гараж».
Это был старый сарай, давно некрашенный, заклеенный объявлениями и рекламными плакатами. Двустворчатая дверь была заперта на засов.
Волрат хотел было ехать дальше, но тут открылась небольшая боковая дверь, и на солнечный свет вышла девушка лет двадцати пяти. У неё было нежное, чуть заострённое книзу лицо, с немного выдающимися скулами. Из-под низко надвинутой зеленой шляпки («Ох, и, тут «Зеленая шляпа»!», – подумал Волрат) виднелись светло-каштановые кудряшки и серые слегка раскошенные глаза со спокойным и терпеливо умным взглядом. Губы её были изогнуты в легкой, как бы обращенной внутрь улыбке, – так улыбается пригревшаяся на солнце кошка, которую забавляет этот мир, не подозревающий о том, как он стар. Девушка была одета тщательно, но бедновато; неся в руках сумочку, она натягивала на ходу перчатки. «Хорошо держится, – снисходительно подумал Волрат, – даже слишком хорошо для девушки из рабочей среды». Он молча глядел на неё со своего низкого трона, ожидая, пока она его заметит.
Девушка замедлила шаг, взглянула на него, потом на машину и, не выказав никакого удивления, пошла дальше, будто такие машины ей приходилось видеть каждый день. Он знал, что это не так.
– А что, механик в гараже? – Голос его был тверд и подчеркнуто безразличен.
Девушка остановилась и, разглаживая пальцами надетую перчатку, подняла на него глаза, видимо, нисколько не удивляясь тому, что он заговорил с нею, как не удивилась и его появлению.
– Мальчики ушли на весь день в университет. Гараж закрыт. Тут есть другой, до него примерно с милю по той улице, что ведет к центру. – У неё был низкий ясный голос.
– А если у меня не хватит бензина на эту милю?
Девушка как бы взвесила издевку, скрывающуюся за его корректностью, но выражение её лица не изменилось. Она бросила взгляд на ручные часики и быстро сдернула перчатки. Руки у неё были маленькие, но, видно, знакомые с черной работой.
– Ладно, – сказала она. – Сколько вам?
– Но, послушайте! У меня и в мыслях не было…
– Не беспокойтесь, пожалуйста. – Судя по добродушно шутливой настойчивости, с какой девушка произнесла эти слова, она знала, что у него была такая мысль. – Я ведь это часто делаю. Я, между прочим, привыкла управляться здесь одна.
Девушка небрежно положила сумочку и перчатки на блестящее крыло автомобиля, возле маленькой фары в форме пули. Волрат молчаливо снес это дерзкое прикосновение к его машине и сделал вид, будто ничего не замечает. Затем он откинулся на спинку сиденья, предоставив девушке обслуживать его. Должно быть, она легко согласилась бы пообедать вместе или прокатиться в машине, сказал он себе, мстя ей за пренебрежение к его достоинству.
– Вы что же, одна из братьев Мэллори? – спросил он.
Девушка улыбнулась в ответ, и Волрат даже растерялся – так непосредственна была эта улыбка. Ему перестало казаться, что её спокойная сдержанность была лишь средством привлечь его внимание.
– Я – сестра Мэллори, – засмеялась девушка, поворачивая рукоятку насоса. Её тонкие пальцы ловко справлялись с работой. Нежное, заострённое книзу лицо порозовело от напряжения. – Я служу в городе. Здесь работают Дэви и Кен, когда у них нет лекций в университете. А сейчас они готовятся к выпускным экзаменам.
В этом неожиданно словоохотливом объяснении сквозила гордость за братьев, которая как бы совсем вытеснила Волрата из поля зрения девушки. Уязвленное самолюбие заставило его сказать:
– Передайте им, когда закончат курс, пусть обратятся на новый завод Волрата. Мне, возможно, понадобятся инженеры.
Но в ту же секунду все его чувства яростно взбунтовались против этого плохо скрытого бахвальства, и вспышка злости сменилась краской стыда. Волрат взглянул на девушку, проверяя, догадалась ли она, что он чуть-чуть не выставил себя полным дураком. Глаза их встретились, и девушка отвернулась – не от смущения, а просто потому, что он не вызывал в ней никакого интереса.
Девушка наполнила бак бензином. Расплатившись, Волрат молча смотрел, как она тщательно вытирает руки тряпкой, Перчатки и сумочка всё ещё лежали на крыле машины. Да, девушка не торопилась, однако Волрат не мог подметить и следа рассчитанной дерзости в её невнимании к нему.
– Давайте я подвезу вас в город. Мне ведь всё равно проезжать через площадь.
– Нет, спасибо. – И опять её лицо осветила непринужденная улыбка. – Трамвайная остановка совсем рядом.
Решительный отказ заставил его снова принять официально вежливый тон.
– Ну, как угодно, я хотел отплатить услугой за услугу.
– О, я понимаю, – сказала девушка, и Волрат окончательно убедился, что она смотрит как бы сквозь него.
– Спасибо за бензин, – бросил он, включив взревевший мотор, и быстро отъехал от гаража.

Брат мой, враг мой - Уилсон Митчел => читать онлайн классическую книгу дальше


Нам хотелось бы, чтобы классическая книга Брат мой, враг мой автора Уилсон Митчел понравилась бы вам!
Если так получится, тогда можно порекомендовать эту классику Брат мой, враг мой своим друзьям, проставив гиперссылку на страницу с произведением: Уилсон Митчел - Брат мой, враг мой.
Ключевые слова страницы: Брат мой, враг мой; Уилсон Митчел, скачать, бесплатно, читать, книга, классика, литература, электронная, онлайн